Спустя пять лет после масштабной облавы в штаб–квартире Немецкого футбольного союза (DFB) Земельный суд Франкфурта–на–Майне поставил точку в одном из самых резонансных налоговых процессов в истории немецкого спорта. Бывший казначей союза Штефан Оснабрюгге был полностью оправдан по обвинению в особо тяжком уклонении от уплаты налогов. Суд также снял обвинения с самого DFB, проходившего по делу как Nebenbeteiligter — вовлеченная сторона.
Председательствующая судья Ева–Мария Дистлер подчеркнула, что вердикт является «однозначным, ясным и не допускающим никаких оговорок» — формулировка, не оставляющая пространства для двусмысленных трактовок.
В чем суть спора
В центре разбирательства («Bandenwerbung–Affäre») находились доходы от рекламы на бортах стадионов во время домашних матчей сборной Германии в 2014 и 2015 годах. По версии обвинения, вследствие неверной налоговой трактовки и распределения этих поступлений государству мог быть нанесен ущерб примерно в 3,5 миллиона евро.
Ключевой деталью, неоднократно звучавшей в ходе процесса, стало то, что в рассматриваемый период Оснабрюгге еще не занимал должность казначея DFB. Этот факт существенно ослаблял обвинительную позицию и играл важную роль при оценке его личной ответственности.
Деньги на кону
Параллельно с уголовным делом развивался и административный конфликт вокруг статуса общественно полезной организации. Из–за спора о рекламных доходах налоговые органы Франкфурта лишили DFB статуса некоммерческой организации (Gemeinnützigkeit) на 2014–2015 годы. Союз оспорил это решение, и разбирательство продолжалось в административном порядке.
Теперь, после оправдательного приговора, DFB рассчитывает вернуть суммы, которые были начислены и/или уплачены в рамках этого налогового спора. В публичных оценках фигурирует сумма до 31 миллиона евро.
Облава, запомнившаяся всем
Кульминацией скандала стало 7 октября 2020 года, когда около 200 сотрудников правоохранительных органов провели масштабные обыски в штаб–квартире DFB и в домах ряда бывших функционеров. Эта акция вызвала мощный общественный резонанс и надолго задала тон восприятию дела: громкое начало — и годы сложных юридических разбирательств после него.
Вердикт суда
Финал процесса оказался нетипичным для дела такого масштаба. К завершению слушаний сама прокуратура выступила с ходатайством об оправдании Оснабрюгге и DFB. По сути, это означало признание того, что предъявленные обвинения в их исходном виде не выдерживают проверки в суде.
В оценке суда прозвучала важная мысль: Оснабрюгге оказался фигурой в конфликте между крупной организацией и финансовыми органами — споре, который носил скорее структурный, чем персональный характер.
Эмоциональная реакция Оснабрюгге после оправдания стала немым укором многолетнему судебному преследованию. Сам он не раз говорил о тяжелейшем психологическом давлении, сравнивая его с плотным туманом, окутавшим жизнь его близких с того октябрьского утра 2020 года.
Адвокат из Бонна перевел личную драму в плоскость системной критики. В своем заявлении он обвинил прокуратуру в непозволительном эксперименте с человеческими жизнями: «То, с какой скоростью невиновный человек в Германии XXI века может оказаться в роли обвиняемого, повергает в ужас». С сожалением он констатировал печальную логику новостной индустрии: «Заголовки смакуют скандал, но финал — оправдательный приговор — уже никому не интересен».
Остаточный урок
Этот процесс наглядно показал уязвимость крупных спортивных организаций, балансирующих между некоммерческим статусом, коммерческим маркетингом и масштабными мероприятиями. Даже временная утрата налоговых льгот может обернуться десятками миллионов евро потерь.
Кроме того, дело вновь напомнило: для DFB налоговые споры вокруг статуса общественной полезности — не единичный эпизод, а часть более широкой системной проблемы регулирования большого спорта, где граница между «общественной миссией» и «коммерческой реальностью» остается источником постоянных конфликтов.
Об этом говорит Германия:
Германия — Клавиши вместо границ. Вечер Duo Eleganza: классика XVIII–XIX веков и редкое чувство общего пространства
Германия — Смерть на рельсах в метро. Трагедия вышла за рамки уголовного дела и попала в центр миграционного конфликта
Германия — Пенсия есть. Денег нет. Правительство России утвердило новый порядок выплаты пенсий для проживающих за рубежом
Германия — Три миллиона без работы: все ли спишет январь? Сокращение вакансий, давление на промышленность и вялый старт экономики: почему сезонными причинами уже не отделаться
Германия — Четыре утра. И снова без сна. Почему таблетки, гаджеты и советы из соцсетей только усугубляют бессонницу
Германия — Кровь на исходе. Зима, грипп и пустые донорские кресла ставят клиники на грань дефицита — операции под угрозой
Германия — Зубы за свой счет, пенсия — позже. Экономия без анестезии: почему план предпринимателей вызывает тревогу у застрахованных
Германия — Фотофиниш в опросах: лидер есть, но его как бы и нет. Почему равенство ХДС/ХСС и AfD меняет всю коалиционную арифметику
Германия — Плюс два евро за пачку сигарет. Берлин ищет миллиарды, а курильщиков делают спонсорами немецкой медицины
Германия — Дороже? И что! Немцы проглотили рост цены на главный проездной страны
Германия — IKEA включила рубильник: теперь шведы продают не шкафы, а киловатты Динамический тариф обещает прозрачность, но переносит рыночный риск на клиента
Германия — Дискаунтер под лупой. Формула Aldi: собственные бренды, меньше граммов за те же деньги и больше контроля