Мина похожа на смертельно опасного хищника, который не издаёт лишних звуков перед атакой. Не знаешь, где и когда этот "зверь" тебя подкараулит, но отчётливо понимаешь, что внезапная встреча ничего хорошего не несёт. Да, в наставлениях подробно описаны правила обращения с этими устройствами, однако современный бой постоянно вносит дополнения в учебники и инструкции. С одним из военных специалистов, которые сейчас добывают на боевых задачах базу для новых страниц учебных пособий, военнослужащим с позывным "Ирбис" из Забайкальской гвардейской общевойсковой армии, удалось побеседовать нашему военкору.
В 2018 году мужчина проходил службу по призыву на Дальнем Востоке, там же решил подписать контракт с Минобороны России. На спецоперации он уже третий год.
— Что повлияло на ваше решение принять участие в спецоперации?
— В Дагестане, как и во всей России, человек служивший имеет больше перспектив, поэтому мужчины стремятся отслужить хотя бы по призыву. Мой отец учитель, преподаёт труд и рисование, служил в армии, и с самого детства я вижу, что он следует армейской дисциплине. Его образ жизни передался и мне, — рассказывает мужчина, — например, помощь маме мы называли "ПХД" (парко-хозяйственный день. — Авт.). За то, кем стал сегодня, я благодарю моего уважаемого отца. Я старший ребёнок в семье, есть ещё сестра и брат. В свои 28 лет я не женат. Как закончится спецоперация, тогда и женюсь.
Когда Ирбис заполнял анкету в военкомате, он указал, что желает выполнять задачи в инженерном подразделении.
— В инженерном подразделении меня обучили всему от а до я, включая обращение и работу практически со всеми инженерными боеприпасами российского производства. Преподаватели были хорошие, в учебке я находился в течение трёх месяцев и прошёл полный курс. Например, одна из моих воинских специальностей — водолаз, который занимается подводной инженерной разведкой.
После обучения Ирбис убыл в Хабаровск, где принял должность командира сапёрного отделения, и был распределён во вновь созданный инженерно-сапёрный полк.
— Как в самом начале СВО обстояла ситуация с беспилотниками?
— Наши товарищи, которые ими занимались, начали работу в этом направлении несколько позже противника, на тот момент они ещё не вполне вникли в тонкости работы оператора БпЛА, да и самих дронов было недостаточное количество. Не было ни инструкторов, ни курсов по обучению.
— И всё-таки удалось наверстать упущенное? Изменения в вашей работе касались только техники или "прокачать" пришлось и тактику?
— Помогало то, что у нас очень сообразительные и инициативные ребята. Небольшие неудачи нас подстёгивали, нужно было догонять противника, и мы смогли организоваться.
Применение БпЛА значительно изменило работу разведки и инженерных служб. Но стопроцентной гарантии отсутствия минных заграждений после воздушной разведки никто не даст — противник может закопать мины в землю или просто замаскировать их. Как правило, враг устанавливает взрывные устройства на перекрёстках, в прогалинах лесополос, на подъездах к населённым пунктам. Поэтому в свободное время пытаюсь полететь подальше и посмотреть, чем занимается противник, готовится ли он к инженерной работе. Враг заранее рассчитывает продвижение наших войск, а когда они подходят, установленные мины уже зарастают травой и становятся особенно опасны из-за незаметности. Если сегодня, например, я увидел их, а через месяц мы оказались там, то я уже знаю, что здесь враг заминировал местность.
— Как беспилотникам противника удаётся работать на большом удалении от пунктов управления?
— Для примера возьмём так называемое элитное подразделение БпЛА ВСУ "Птахи Мадьяра". Если обычные украинские операторы FPV-дронов используют наземные станции передачи, то "Мадьяры" ставят ретранслятор на крупный беспилотник, который зависает на 300–400 метрах высоты, и в отсутствие радиотени от рельефа делают что хотят. Ударные же дроны, в связи с отходом ВСУ и увеличением расстояния до нас, вынуждены летать с уменьшенным весом боевой части и возросшим весом батареи. Убойная сила их зарядов на такой дистанции стала меньше, чем в непосредственной близости от линии боевого соприкосновения.
— Оператор БпЛА — непростая, но интересная профессия. Скажите, кто по своей гражданской специальности или наличию навыков наиболее соответствует вашим требованиям?
— Есть спортсмены, которые всю жизнь добиваются успеха, а есть те, кому даны какие-то способности с рождения. Сразу сказать, может ли человек выполнять задачи оператора, вряд ли возможно. Точно знаю, что успешный дроновод должен назубок знать характеристики оборудования и вооружения, особенности эксплуатации, которые изменяются в зависимости от сезона и окружающей температуры.
Много значит и сам процесс обучения на новом материале. Сейчас мы выполняем задачи, исходя из той материальной части, которая у нас есть. Когда-нибудь с учётом нашего опыта конструкторы будут делать новые мины, новые взрыватели. Здесь и сейчас мы, можно сказать, закладываем основы для их создания. В перспективе будем оборудовать лабораторию-мастерскую и придумывать разные боевые хитрости.
— Представьте, что спецоперация закончилась. Вы планируете продолжать службу?
— Есть планы связать своё будущее на гражданке с тем же, чем занимаюсь здесь, то есть с миром БпЛА. Но если потребуется, то в любой момент я готов вернуться в строй.
— А если остаться в качестве инструктора или разработчика в армии?
— Если прибуду в часть и буду просто проводить там день в ожидании вечера, то к такой работе я не готов, — смеётся Ирбис, — не вижу смысла в бесконечных нарядах, говорю как есть. А если работа будет выстроена так, как в нашем полку, то смысл в ней будет. В гражданской сфере и в тихое время можно реально работать и приносить пользу, например, в МЧС, в поисково-спасательных отрядах, в охранной деятельности. В целом же и в боевой работе, наши методы дистанционного разминирования и опыт работы с БпЛА ещё пригодятся, вот в этом я уверен на все сто.
…Пока на СВО идут, по сути дела, испытания перспективной тактики, в структуру Вооружённых Сил РФ вводятся войска БпЛА с отдельной военно-учётной специальностью. В армии это решение называют крайне своевременным и приветствуют широкое внедрение собственных наработок и изобретений.
Материал подготовлен газетой "Суворовский натиск" (12 )
АВТОР ТЕКСТА: Сергей ГЕЛАШВИЛИ, Александр ИВЕЛЬСКИЙ
