В ЯНВАРЕ НА БОР – НА «ОМИКЕ»!
Зима 1960 – 1961 годов выдалась очень теплой. В декабре вообще не было морозов, нередко столбики термометра показывали плюсовые значения. Эта же тенденция продолжилась и в январе. В результате на Волге так и не установился прочный ледовый покров, что позволило в середине зимы возобновить паромное и пассажирское сообщение между Горьким и Бором. Напомним, автомобильного моста тогда ее не было, машины переправлялись на северный берег реки только вплавь, либо по ледовой переправе, которую устраивали во время холодных зим.
«По нескольку раз в день от причала на Нижневолжской набережной отходит паром, ведомый бывалым капитаном А. Г. Порфильевым. На борту судна – десятки пассажиров, автомашины, подводы. За первые 10 дней навигации перевезено свыше 15 тысяч человек и более 2 тысяч машин. Паром курсирует на линии до 23 часов. Когда на Волгу спускаются сумерки, судно продолжает путь, освещая себе дорогу прожектором», – рассказывала статья «Малая навигация в разгаре».
На подмогу парому также вышел пассажирский теплоход ОМ-328 капитана В. М. Шутова. Судно тоже отправлялось в первый рейс еще до рассвета, а заканчивало работу ближе к ночи.
Впрочем, перейти от зимней навигации прямо к весенней горьковским речникам всё же не удалось. Ближе к концу января, наконец, ударили настоящие морозы, Волгу сковало льдом и плавание парома с «омиком» пришлось прекратить. Добавим, что ОМ-328 был выпущен в 1957 году, но он до сих пор плавает по Волге!
«БЫВАЛО ТАРАНИШЬ ЗДАНИЕ, А СЕРДЦЕ ОБЛИВАЕТСЯ КРОВЬЮ»
Но главной сенсацией того времени стал снос старых домов... танками.
Многим знакомы эффектные сцены из советских фильмов про войну, когда бронированные машины, развернув башни назад, крушат здания и избы, прокладывая путь пехоте. И вот в зимой 65-летней давности многие горьковчане смогли наблюдать подобное зрелище в родном городе, в частности, на улице Советской. Пассажиры автобусов и трамваев видели, как танки Т-34 с развернутыми башнями с разгона таранят кирпичные и деревянные строения, после чего те осыпаются, как карточные домики, образуя огромные столбы пыли. Кто-то, наверное, думал, что в Горьком идут съемки нового фильма про события Великой Отечественной. Многие, особенно детишки, специально приезжали на Советскую, чтобы посмотреть на необычное зрелище.
В этот период началась генеральная реконструкция территории бывшей Ярмарки, которая была застроена многочисленными лабазами и складами, часть из которых в 30-е годы была приспособлена под жилье. Планы предусматривали переоборудование бывшего Главного ярмарочного дома в торговый дом с выставочными залами и создание вокруг него большой площади с кинотеатром, ателье, кафе и предприятиями бытового обслуживания. Уточним, пока речь шла не о будущей площади Ленина (этот проект появился значительно позже), а просто о новой площади. Она должна была дать начало новому жилому району, застроенному типовыми «хрущевками». Подобные работы велись во всех городах страны, при этом строительной техники, пригодной для быстрого сноса старых зданий, не хватало. Тогда-то и возникла идея использовать для этих целей боевою. Тем более, товарищ Хрущев объявил о значительном сокращении вооруженных сил, прежде всего сухопутных. Лишними оказалось и большое количество устаревших танков, в том числе «тридцатьчетверок», выпущенных в 1944 – 1946 годах. Часть из них отправили в дружественные страны (на Кубу, во Вьетнам, Китай и т. д.), большая часть пошла на переплавку. При этом допускалось использование списанных танков в хозяйственных целях, например, на заводе «Красное Сормово» с их помощью вытаскивали новые суда из цехов. А в начале 1961 года Т-34 появились на стройплощадках.
Интересно, что управлять боевой машиной поручили бывшему танкисту П. А. Красильникову, который освобождал на точно таком же танке Смоленск и Минск. «Бывало таранишь здание, а сердце обливается кровью, – рассказывал ветеран в интервью журналистам. – А сейчас, признаюсь, с радостью разбиваю стены: знаю, что на месте старых строений вырастут новые благоустроенные жилые корпуса». Танки на стройках использовались фактически одноразово – до первой серьезной поломки, либо исчерпания ресурса двигателя. И уже после этого железные герои былых времен отправлялись в доменную печь.
Дмитрий ДЕГТЕВ