Как колбасный король Мутигуллин «огорчил» бизнесвумен: горький ответ на вопрос, что мы едим в России

В 2020-м компания «Инвест-Поволжье» Ирины Толмачевой взяла в аренду 600 га земель в Высокогорском районе, чтобы выращивать желтую горчицу Фото предоставлено Ириной Толмачевой

«Пытались избежать политического скандала»: как горчица из Татарстана оскандалилась в Австрии

Предпринимателю Ирине Толмачевой 47 лет, она родом из Саратовской области, но больше 20 лет ведет бизнес в Татарстане. В середине нулевых ее компания «Коттедж-Центр» строила под Казанью коттеджный поселок «Загородный клуб». Пилотный проект малоэтажного строительства жилья в Татарстане курировал на тот момент глава профильного ведомства Марат Хуснуллин. В 2009-м Толмачева оказалась в центре «газовой войны» с Ипотечным агентством РТ. Теперь наша героиня снова в эпицентре скандала — на этот раз «горчичного».

В 2009 году «Коттедж-Центр» поменял название на «Инвест-Поволжье», а новым видом деятельности стала оптовая продажа зерна. Неудивительно, что героиня выбрала горчицу — для нее это не просто бизнес, а часть культурного кода, связь с традициями родного края. «Почему мы часто говорим, что в Татарстане хлеб не пахнет? В Саратове, в Волгограде, на югах всегда корочку мажут горчичным маслом. Поэтому хлебушек приобретает очень интересный пряный привкус», — объясняет Толмачева «БИЗНЕС Online».

В первый год урожайность была невысокая — 12-14 ц/га, потом постепенно вышли на 38 ц/га Фото предоставлено Ириной Толмачевой

В 2020-м компания взяла в аренду 600 га земель в Высокогорском районе, чтобы выращивать желтую горчицу самостоятельно. В первый год урожайность была невысокая (все-таки южного солнца в республике нет) — 12-14 ц/га, потом постепенно вышли на 38 ц/га. Но цель была не просто выращивать жгучие зерна, а наладить в Татарстане глубокую переработку: производить горчичное масло, жмых и муку. Своих сил на эту работу не хватало, поэтому стали привлекать аграриев из РТ и других регионов страны. Вместе они экспериментировали, выращивая на своих землях разные сорта горчицы. Цель — научиться выращивать «золото полей» в республике и в дальнейшем построить маслоэкстракционный завод. Недостающие объемы компания закупала у других производителей горчицы из РТ и РФ.

В 2022 году «Инвест-Поволжье» заключило договор с ООО «Куркачинское хлебоприемное предприятие» на оказание пяти видов услуг: приемка товара, очистка, сушка, хранение и выпуск в оборот. Первая партия на 1,6 тыс. тонн горчицы поступает от нескольких разных хозяйств (в их числе «Вятские Зори», «Ак Барс Пестрецы», «Тан», «Возрождение»). 15 сентября 2022 года Толмачева как собственник зерна пригласила представителей «Центра оценки качества зерна» (ЦОКЗ). Лаборатория провела анализы на соответствие горчицы ГОСТу и ТРТС-015. Выяснилось, что «товар безупречный», все в норме, пестицидов не обнаружено.

Параллельно на элеваторе была собрана вторая партия (на 1,4 тыс. т) от одного производителя — ООО «Агропромышленная компания Продовольственная программа» (АПК «Продпрограмма», входит в «РМ-Агро» мамадышского «мясного короля» Рифата Мутигуллина). Только эта партия уже сопровождалась пищевой декларацией и справками о том, что горчица урожая 2022 года не содержит пестицидов, где стоят подписи самого Мутигуллина. В документе, выданном Росаккредитацией, также есть отсылки на протокол испытаний ЦОКЗ от 14 сентября 2022 года об отсутствии пестицидов. (Документы есть в распоряжении «БИЗНЕС Online»).

На элеваторе всю горчицу упаковали в биг-бэги, замаркировали этикетками производителя (АПК «Продпрограмма») и отправили на склад «Инвест-Поволжье» (с коллективным объемом эта горчица не должна была смешиваться).

Цель Ирины Толмачевой была не просто выращивать жгучие зерно, а наладить в Татарстане глубокую переработку: производить горчичное масло, жмых и муку Фото предоставлено Ириной Толмачевой

Инвестор сразу целился не только на российский, но и на международный рынок горчичного масла, поэтому технологию переработки тестировали на европейских заводах. Для этого в начале 2023 года 44 тонны семян горчицы, как утверждает Толмачева, производства АПК «Продпрограмма», отправились в Австрию. И тут началось самое интересное.

Австрийский контрагент выявил превышение по пестицидам в импортированной из России горчице. В партии «Инвест-Поволжье» обнаружили галоксифоп (используется для борьбы с однолетними и многолетними однодольными сорняками). «Проба НЕ соответствует требованиям Регламента (ЕС) 396/2005 относительно предельно допустимых уровней остатков пестицидов. Содержание галоксифопа явно превышает допустимый уровень, даже с учетом стандартной погрешности измерения», — говорится в отчетах об испытаниях немецкой лаборатории от 1 и 21 марта 2023 года.

«Наш австрийский контрагент сказал: „Это невозможно не заметить. Как если бы вы положили горчицу на блюдце, а рядом насыпали пестициды“, — вспоминает Толмачева. — Так как у нас очень хорошие отношения с нашим контрагентом, мы пытались выяснить, может, это политика вмешивается в наше сотрудничество?». Но несколько проб, сделанных в аккредитованных лабораториях Германии, только подтвердили неутешительный «диагноз».

Чтобы не упасть в грязь лицом, «Инвест-Поволжье» закупило у другого хозяйства в Пестречинском районе новую партию горчицы и отправило в Австрию замещающий объем. «Всеми действиями пытались избежать политического скандала. У нас была задача номер один — не подставить интересы республики. Мы же прекрасно понимаем, сколько было сделано для развития экспорта», — пояснила Толмачева.

Австрийский контрагент выявил превышение по пестицидам в импортированной из России горчице Фото предоставлено Ириной Толмачевой

Какие нарушения выявил у Мутигуллина Россельхознадзор

Итак, европейцев удалось успокоить. Но как быть с «пестицидной» горчицей, выходит, может совершенно спокойно продаваться в России? Получается, что если бы не бдительные австрийцы и немцы, эта история так и осталась бы тайной? А какие еще опасные агрохимикаты могут содержаться в продуктах на наших столах? Эти вопросы невольно возникают в голове.

В январе 2023-го специалисты Центра оценки качества зерна в Татарстане (ЦОКЗ) вновь отобрали пробы желтой горчицы производства «АПК-Продпрограмма», которые хранились на складе «Инвест-Поволжье». После случившегося в Австрии пробы с маркировкой отправили на исследование в Москву. Результаты пришли в мае — в горчице нашли пресловутый галоксифоп в объеме 0,938 мг/кг (подтверждающее письмо за подписью директора филиала ЦОКЗ в РТ Татьяны Менликиевой есть в распоряжении издания).

Много это или мало? Дело в том, что в России в принципе не установлен гигиенический норматив по содержанию галоксифопа и его производные в семенах горчицы. Следовательно, его применение при выращивании горчицы не допускается. «В случае выявления пестицида в горчице она признается опасной и <…> подлежит изъятию из обращения», — говорится в пояснениях управления Роспотребнадзора по РТ в ответ на обращение «Инвест-Поволжье».

Уже в мае 2024-го управление Россельхознадзора по РТ вместе с прокуратурой Мамадышского района провели проверку в отношении АПК «Продпрограмма» (именно в Мамадышском районе находятся основные активы Мутигуллина). Вскрылись нарушения требований законодательства РФ в области безопасности обращения с пестицидами и агрохимикатами, а также в области технического регулирования. Так, выяснилось, что хозяйство в 2022 году в период вегетации на посевах горчицы применяло целый ряд нерегламентированных пестицидов: «Спрут Экстра, ВР», «Гиберелон, ВПР», «Карачар, КЭ». «При этом в протоколах испытаний <…> отсутствуют исследования на указанные пестициды, что является нарушением требований технического регламента Таможенного союза TP ТС 015/2011 „О безопасности зерна“», — говорится в ответе надзорного органа в ответе на запрос «БИЗНЕС Online».

Уже в мае 2024-го управление Россельхознадзора по РТ вместе с прокуратурой Мамадышского района провели проверку в отношении АПК «Продпрограмма» (Рифат Мутигуллин на фото в центре) Фото: «БИЗНЕС Online»

Инспекторы выявили целый ворох других нарушений у АПК «Продпрограмма»: неверно зарегистрировано место хранения пестицидов, отсутствует план применения пестицидов и агрохимкатов за 2023 и 2024 годы, нет документов о закупке и использованию пестицидов с действующим веществом «Галоксифоп», «Галоксифоп-Р-метил». В предоставленных компанией документах отсутствуют сведения о дате химических обработок, их кратности, нормы внесения пестицидов и другие.

Как такое могло произойти, если сельхозпроизводитель при продаже горчицы предоставил декларацию о соответствии нормам ЕАЭС? И подкрепил все это протоколом испытаний ЦОКЗ?

«Процедура декларирования такова, что заявитель сам заказывает проверку своей продукции в лаборатории — лаборатория не несет ответственность за заявку. Можно заказать проверку на действующее вещество, но не заказывать проверку на метаболиты. А в их (АПК „Продпрограммы“ — прим. ред.) случае так и было», — полагает Толмачева.

Статья 4 технического регламента так и говорит: «Определение остаточных количеств пестицидов <…> проводится на основании информации об их применении, предоставляемой изготовителем (поставщиком) зерна при выпуске его в обращение».

С этим выводом согласились в Россельхознадзоре. «При декларировании горчицы на пищевые цели <…> не были проведены исследования на предельно допустимые уровни примененных пестицидов на посевах горчицы 2022 года», — говорится в результатах проверки управления.

За эти нарушения предусмотрена административная ответственность. Но — и это ключевое в данной истории — срок давности привлечения лиц истек в 2023 году. В итоге прокуратура Мамадышского района так и не возбудила производство в отношении АПК «Продпрограмма», рассказали нам в Россельхознадзоре. Наш запрос в адрес компании остался без ответа. По номерам, указанным на сайте, не брали трубку. Председатель совета директоров «РМ-Агро» Игорь Барингольц и сам Мутигуллин в личной беседе отказались комментировать спор «БИЗНЕС Online», пока идут судебные разбирательства.

Качество отправленных на хранение семян горчицы, по словам Толмачевой, начало стремительно ухудшаться Фото: «БИЗНЕС Online»

Опасную горчицу выписали в утиль

Другой виток драмы разворачивался на Куркачинском элеваторе. К слову, ООО «Куркачинское хлебоприемное предприятие» (ХПП) работает с 2016 года и принадлежит Айрату Галимзянову. Директор — Наиль Ахсянов. Выручка элеватора в 2024 году составила 158,5 млн рублей, чистая прибыль — 5,1 млн рублей.

Качество отправленных на хранение семян горчицы, по словам Толмачевой, начало ухудшаться. Управление Россельхознадзора по РТ в феврале 2024 года инициировало еще одну проверку — уже в отношении элеватора. В партиях обнаруживают все тот же галоксифоп.

Предпринимательница предполагает, что каким-то образом на элеваторе смешались коллективные объемы горчицы и партия АПК «Продпрограммы». Но в ХПП настаивают, что партии хранились отдельно. Но тогда каким образом проверенная ЦОКЗ изначально «безупречная» горчица стала содержать запрещенный химикат, — остается загадкой.

«Инвест-Поволжье» не предоставляло деклараций в адрес элеватора при привозе зерна, рассказали нам юристы ХПП. В то же время было установлено, что компания покупала зерно без предварительной проверки качества товара у поставщиков. «Что касается ссылок ООО „Инвест-Поволжье“ на протоколы испытаний, проведенные Центром оценки качества зерна 17 мая 2024 года, следует отметить, что испытания проводились в 2024 году, тогда как вывоз продукции осуществлен в 2022 году. Таким образом, объективно невозможно установить, что пробы, отобранные в 2024 году, были взяты именно из той же партии горчицы, которая была вывезена в 2022 году», — рассказали «БИЗНЕС Online» юристы «Куркачинского ХПП» (их интересы представляет юридическое агентство «Аргументъ»).

Вернемся к проверке на элеваторе. Параллельно инспекторов встретили другие неприятные сюрпризы — мышь, клещи, мукоеды. В апреле при повторной проверке ХПП в горчице нашли перимифос-метил и бифентрин — действующие вещества химиката «Зеронопас» для борьбы с насекомыми (протоколы испытаний есть в распоряжении издания). Юридическое и должностные лица ХПП были привлечены к административной ответственности — за нарушение требований технического регламента «О безопасности зерна», сообщили нам в Россельхознадзоре.

Но в ХПП нас заверили в обратном — мер ответственности к ним не применялось. «Согласно заключению ФГБУ „ВНИИЗЖ“ (подведомственное учреждение Россельхознадзора), „Зерноспас“ разрешен к применению для обработки складских помещений, а также продовольственного и семенного зерна, включая бобовые и масличные культуры. Таким образом, все действия элеватора полностью соответствовали регламенту, и никаких мер ответственности к нам не применялось», — заявили представители элеватора.

После всех проверок управление Россельхознадзора РТ выдало ООО «Инвест-Поволжье» предписание — утилизировать опасную горчицу (все 1,3 тыс. тонн), которая хранится на элеваторе в Куркачах, — до конца 2024 года. В документе причиной радикального решения называется именно содержание в семенах галоксифопа и перимифис-метила.

Чем опасна эта горчица? Всемирная организация здравоохранения предупреждает, что пестициды могут приводить к раку, нарушениям работы системы репродукции, иммунной или нервной системы Фото предоставлено Ириной Толмачевой

«Химозная» горчица гуляет по России?

Толмачева в беседе с нами утверждает, что элеватор всеми силами препятствовал вывозу опасного зерна со складов. В ХПП, впрочем, это опровергают: «Данное заявление „Инвест-Поволжье“ не соответствует действительности. ООО „Куркачинское ХПП“ не только не препятствовало вывозу продукции, но и согласовало график отгрузки, предоставленный самой компанией. Весь товар был вывезен в установленные сроки — завершение процесса пришлось на конец 2024 года, в полном соответствии с утвержденным графиком. Таким образом, никаких нарушений с нашей стороны допущено не было».

Наша героиня же сомневается в том, что элеватор вернул им весь объем заложенной горчицы. По ее словам, ХПП отгрузил только 1,2 тыс. т семян вместо 1,3 тыс. т (согласно предписания Россельхознадзора). Вопрос изъятия недостающих тонн у элеватора тоже стало предметом судебного разбирательства (в первой инстанции «Инвест-Поволжье» получил отказ).

Примерно в то же время в управление Россельхознадзора начали поступать (копия обращения имеется в распоряжении редакции) тревожные новости из Куркачей. В сентябре 2024 года некая Оксана Багавеева сообщила надзорному органу о продаже партии горчицы с содержанием пестицида в розничном магазине ООО «Куркачинское ХПП». Сообщения о продаже семян горчицы якобы от имени магазина ХПП гуляют и в мессенджере WhatsApp*. По информации Толмачевой, испорченное пестицидами зерно из Татарстана могло разъехаться по всей стране.

«Управлением были выданы ООО «Инвест-Поволжье» и ООО «Куркачинское ХПП» предостережения о недопустимости выпуска в обращение данной партии горчицы. О том, что партия горчицы, предназначенная для утилизации, была реализована в розничном магазине ООО «Куркачинское ХПП», руководитель управления Россельхознадзора по РТ Ильнур Галеев сообщил руководителю СК РФ по РТ Валерию Липскому. Такое же письмо направили теперь уже бывшему начальнику отдела МВД России по Высокогорскому району Айнуру Валиеву. (Копии этих писем также имеется к редакции).

Обращалась в правоохранительные органы и сама Толмачева — с просьбами возбудить уголовное дело против АПК «Продпрограммы» (в том числе за выпуск в оборот опасной для жизни и здоровья горчицы, недостоверное декларирование продукции, сокрытие информации о применении пестицидов) и против Куркачинского ХПП (за хищение горчицы, подлежащей утилизации). На данный момент силовики не видят в этих обращениях состава преступления, но следователи проводят дополнительную проверку.

Юристы Куркачинского ХПП заявили нашему изданию, что утверждения о продаже ими горчицы с содержанием запрещенных пестицидов «абсолютно не соответствует действительности». «Данное утверждение основано исключительно на бездоказательных домыслах со стороны ООО „Инвест-Поволжье“. Никаких подтверждений или документальных свидетельств в поддержку этих обвинений представлено не было. ООО „Куркачинское ХПП“ действовало строго в рамках законодательства и договорных обязательств. Кроме того, прокурорская проверка, которая была инициировано ООО „Инвест-Поволжье“, также не выявила никаких нарушений со стороны нашей организации», — говорится в ответе на запрос издания.

Толмачева объясняет свое бездействие в течение 1,5 лет тем, что долго не могла доказать причастность АПК «Продпрограммы» к выявленным пестицидам Фото предоставлено Ириной Толмачевой

Горечь банкротства

Пока Толмачева пыталась выяснить, как в горчице завелись пестициды, ее компанию атаковали судебные иски. АПК «Продпрограмма» в феврале 2024 года обратилась в Арбитражный суд РТ с требованием к «Инвест-Поволжье» вернуть 52 млн рублей долга за поставку семян (основной долг — 50 млн рублей). Ответчик же предъявил встречный иск — признать сделку купли-продажи ничтожной и вернуть 2 млн рублей выплаченного аванса. В двух инстанциях суд встал на сторону АПК «Продпрограммы». Судья АС РТ Тимур Гиззятов аргументировал свое решение тем, что «возражения относительно качества продукции ответчиком заявлены по истечении полутора лет с поставки», а до того какие-либо действия компанией не предпринимались.

Толмачева объясняет свое бездействие в течение 1,5 лет тем, что долго не могла доказать причастность АПК «Продпрограммы» к выявленным пестицидам. «До момента, пока по запросу суда не были получены справки о применении галоксифопа, мы честно верили [АПК „Продпрограмме"]. И у нас были иные документы, что пестициды на горчице не применялись. Найти виноватых — элеватор или АПК — до того, как все эти документы выплыли, было невозможно. Любое обращение в суд должно сопровождаться доказательствами. С чем нам было идти в суд? Мутигуллин присылал свои анализы о том, что пестицидов в оставшейся партии нет. На тот момент времени у меня не было причин ему не верить. Мы долго и успешно работали до этого», — объяснила позицию Томачева.

«Кроме того, с момента, когда образец вскрыт, он теряет свою юридическую силу, он не может быть использован для проведения судебных экспертиз. У нас была задача максимально сохранить образцы, чтобы в случае спора (который сейчас имеет место быть) мы могли предъявить его для судебной экспертизы», — добавила наша собеседница. При этом пока, по ее словам, суды отказывают в проведении экспертиз.

Позиция юристов АПК-Продпрограммы, озвученная на судебных заседаниях, следующая: горчица перед продажей была ими проверена, декларация о соответствии не была отменена. Что случилось с этой партией после продажи, откуда именно брались пробы в последующем — им неизвестно. «Почему потом у ответчика образовались вот эти негативные результаты лабораторного состояния, мы не можем пояснить», — говорил представитель истца в суде.

В ноябре 2024 года с банкротным иском к «Инвест-Поволжье» обратилось и ООО «Куркачинское ХПП», требования составили 4,3 млн рублей (до этого долг был отыгран в рамках другого дела АС РТ). 22 апреля 2025 года общество было признано банкротом, открыто конкурсное производство. «На заседании 7 мая Куркачи (элеватор — прим. ред.) заявили сами, что не оказывали услуги (по очистке — прим. ред.). Но это не мешает им включаться в реестр требований с этой суммой и требовать деньги за неоказанные услуги», — удивляется Толмачева.

Юристы из ХПП стоят на своем: «Суды трех инстанций подтвердили нашу правоту, более того ВС РФ отказал «Инвест-Поволжье» в передаче жалобы для рассмотрения, также было отказано и в пересмотре дела по вновь открывшимся обстоятельствам». «Несмотря на это, компания [«Инвест-Поволжье“] не погасила долг и начала распродажу активов в пользу аффилированных лиц, что вынудило нас инициировать процедуру банкротства. Примечательно, что все суды указали на вину самого «Инвест-Поволжье» — закупку зерна без предварительной проверки качества, что и привело к спорной ситуации. Их отказ от оплаты и дальнейшие действия свидетельствуют лишь о недобросовестности», — парируют обвинения представители элеватора.

Один из кредиторов — некий Марат Зарипов — подал заявление о привлечение контролирующих должника лиц (Толмачеву и соучредителя фирмы Ильсура Бариева) к субсидиарной ответственности.

Сама Толмачева не унывает и верит в реанимацию своих идей по налаживаю глубокой переработки горчицы в Татарстане. Свой ущерб она оценила в 250-280 млн рублей — это сорванные контракты и расходы на утилизацию. «Еще 12 миллионов рублей мы вкладывали на научные разработки. Но я надеюсь, что это не прямые убытки, а наш вклад в будущее», — резюмировала она.

«Когда идет реализация зерна от сельхозпроизводителя, отвечает он [производитель]. С момента, когда он [производитель] передал зерно трейдеру, вся ответственность переходит покупателю», — уверен Аркадий Злочевский Фото: Wang Jianwei/XinHua / www.globallookpress.com

«Если нет денег на лабораторию — надейтесь на господа Бога, что вам повезет»

Претензии на качество зерна как отправляемого на экспорт, так и реализуемого на внутреннем рынке, к счастью, не столь часты в России, сообщили «БИЗНЕС Online» опрошенные эксперты зернового рынка страны. Но татарстанский кейс с нашпигованной химией горчицей заставляет задуматься — на ком должна лежать ответственность в случае выявления некачественного зерна: на производителе или покупателе?»

«Когда идет реализация зерна от сельхозпроизводителя, отвечает он [производитель]. С момента, когда он [производитель] передал зерно трейдеру, вся ответственность переходит покупателю», — уверен президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский.

Но проблему, считает наш собеседник, в другом. Все подтверждающие документы выписывают государственные службы. И в результате претензии предъявить некому: Россельхознадзор не будет подвергать сомнению результаты исследований того же ЦОКЗ (подчиняется РСХН). В результате вина ложится либо на фермера, либо на покупателя.

«Тогда надо предъявлять претензии тому, кто дал подтверждение этой декларации. Потому что покупатель этой справке поверил. Соответствовала справка действительности или нет — другой вопрос, — согласен с ним эксперт зернового рынка Александр Корбут. — Если производитель и покупатель доверяют ЦОКЗ, значит, доверяют. Тем более что за это бедный фермер еще и деньги дает госорганам, которые финансируются из бюджета. Если нет, то принимайте риск на себя и ищите, кто может [дополнительно] проверить [продукцию], как покупатель выставляйте дополнительные требования».

«Некоторые субъекты экономической деятельности заводят собственную лабораторию и перепроверяют все документы, которые поступают к ним в сопровождении с товаром. Это дорогая процедура. Но так они получают гарантии, что получили именно то, что покупали. Если денег нет на свою лабораторию — то остается только уповать господу Богу, что тебе повезет», — декларирует Злочевский.

Кому предъявлять претензии?

Каково мнение по поводу сложившейся ситуации у юристов? Предъявление требований, спустя более чем два года после поставки, выглядит странным, учитывая специфику поставляемого товара, рассказал «БИЗНЕС Online» управляющий партнер юркомпании Vilex Group Ильгиз Валеев. «Разумный покупатель, получивший некачественный товар, должен предпринимать оперативные меры по защите своих прав, тем более если речь идет о товарах пищевого назначения», — считает он.

С ним согласен гендиректор юркомпании A2K Legal Александр Кольцов. По его словам, ответственность зависит от причин недостатков товара. «В случае, если они являются производственными, таковым лицом (ответственным — прим. ред.) является производитель либо продавец (трейдер), а если они носят эксплуатационный характер — то риск некачественности товара несет покупатель. В рассматриваемом кейсе суд поддержал „АПК-Продпрограмму“, так как „Инвест-Поволжье“ не предоставило документов об исходном ненадлежащем качестве зерна, а первоначальная проверка не выявила пестицидов», — указал эксперт.

Анализ практики показывает, что успех в спорах зависит от своевременности проведенных экспертиз в отношении приобретенного товара и качества доказательств. В судах имеются споры по вопросам превышения концентрации пестицидов (галоксифопа) в сельскохозяйственной культуре, однако суды чаще всего придерживаются позиции, что определять качество товара необходимо в момент его приобретения и получения, или в течение короткого промежутка времени. «Обращения, спустя длительное время, в суд с иском о ретроспективной оценке некачественности продукции, не раскрывая всех условий его хранения или использования, суды расценивают как недобросовестное поведение и отказывают в защите права», — рассказал Кольцов.

Если конечный потребитель отравится из-за выпущенного некачественного товара, то кому в таком случае предъявлять претензии? Подобные случаи требуют сложного, дорогого и длительного расследования, пояснил Валеев. На каждом этапе цепочки, перед тем, как попасть на полки магазинов, товар проходит разные проверки. «Необходимо установить причину отравления, из-за чего возник дефект продукта (неправильное хранение, нарушение технологии, некачественное сырье). В первую очередь, претензии предъявляются розничному продавцу или производителю товара (на выбор конечного потребителя — прим. ред.)», — объяснил нам Валеев.

«По ст. 1095 ГК и Закону „О защите прав потребителей“ производитель/продавец несут ответственность за вред, даже если не виновны. При этом в отношениях между собой производитель и продавец (если это не одно и то же лицо) должны будут распределить ответственность в зависимости от причин образования недостатка товара», — добавил к этому гендиректор A2K Legal.

***

«Если людей отравят, запустив партию [зараженной горчицы] в пищевое производство, то ответственность в рамках уголовного кодекса ляжет на нас, потому что нашим имуществом причинен вред», — переживает Толмачева. Но абсурд в другом — если бы не дотошные австрийцы, никто бы и не узнал об опасности выращенного в России продукта. Так недружественная страна оказала нам вовсе не медвежью услугу…

Удивляет и беспомощность надзорных органов в этой истории. Только после того, как покупатель забил тревогу, прокуратура и Россельхознадзор решили проверить, что же все-таки выращивают на мамадышских полях и что и как хранится на Куркачинском элеваторе. Формально управление как будто не в чем упрекнуть — декларацию о соответствии действительно выдает Росаккредитация на основании проведенных исследований ЦОКЗа (опять-таки подконтрольного Россельхознадзору). А проверяет гослаборатория только то, что укажет сам сельхозпроизводитель. Так и получается, что вся система контроля держится на «честном слове» самих аграриев. Как в таком случае доверять тому, что мы видим на полках в магазине?

Случай с зараженной татарстанской горчицей во многом показателен и заставляет задуматься, не пора ли реформировать систему проверки сельхозпродукции на безопасность? Например, расширить список пестицидов и химикатов, обязательных к проверке, и ужесточить ответственность сельхозпроизводителей?