Устойчивость термина
«русская угроза», возникшего на стыке западноевропейского (католического) и русского (православного) культурно-исторических пространств, не раз привлекала внимание исследователей, которые видят в нем продукт ментальной рефлексии западноевропейцев, обеспокоенных военно-полити­ческой активностью молодого Российского государства и подверженных воздействию антирусской пропаганды со стороны литовских и ливонских государей.

Исследователи считают, что "Русская угроза" получила распространение в период Ливонской войны, хотя скорее всего он появился раньше. И причиной тому послужило присоединение Новгородской земли к Московскому государству в 1478 году, которое разрушило традиционный порядок делового и экономического сообщения русского и западноевропейского миров.

Два мира - Московская Русь и Западная Европа, представляемая Ливонией и городами заморской Ганзы, прежде разделенные широким буферным пространством Новгородской земли, внезапно оказались лицом к лицу и вынуждены были налаживать контакты, мало что зная друг о друге.

На изображении так называемый "Летучий листок" времен Ливонской войны.

«Весьма мерзкие, ужасные, доселе неслыханные, истинные новые известия, какие зверства совершают московиты с пленными христианами из Лифляндии, мужчинами и женщинами, девственницами и детьми, и какой вред ежедневно причиняют им в их стране. Попутно показано, в чём заключается большая опасность и нужда лифляндцев. Всем христианам в предостережение и улучшение их греховной жизни писано из Лифляндии и напечатано», Георг Бреслейн, Нюрнберг, «Летучий листок», 1561 год.