Без права на ошибку

У Константина Глуховского большое доброе сердце, которое не очерствело даже после долгих лет трудной работы на скорой помощи. 

Он окончил белгородскую школу № 42 и сразу же попытался поступить в мединститут. Когда не получилось, не расстроился и мечту свою не бросил: начал учиться в медицинском колледже, а через год всё‑таки попал в тот вуз, о котором мечтал. В 2008 году белгородец пришёл работать на скорую помощь. Уже спасая людей, окончил ординатуру по специальности «реаниматолог-анестезиолог».

Фото: Алексей Дацковский

Скорая помощь – это всегда экстренность без права совершить ошибку. На вопрос, почему врач выбрал такое сложнейшее направление, Константин отвечает не задумываясь:

«Наверное, по складу характера. Сидеть в стационаре – не моё, хотя это тоже очень нужная и важная работа. Но мне почему‑то хотелось именно выездной практики. Помогать людям, делать всё, чтобы спасти их».

Таких самоотверженных и преданных профессии людей, как Константин Глуховский, у нас в Белгородской области много – практически все работники скорой помощи. Они часто говорят, что если начал работать и не ушёл через два-три года, то скорая помощь уже не отпустит.

Фото: личный архив
«Борюсь за каждую жизнь». Белгородский фельдшер помог спасти человека под завалами

«Именно на скорой понимаешь, что от тебя зависят жизнь и здоровье пациентов – от того, насколько правильно окажешь помощь, как стабилизируешь и доставишь. Счёт идёт на минуты, иногда даже на секунды. Врач скорой постоянно живёт в режиме драйва. Бывает, когда в отпуск уходишь, тебе будто не хватает этого, – объясняет Константин.

— У нас был случай – забирали женщину с тяжёлым заболеванием, у неё наступила клиническая смерть. Мы её реанимировали около 40 минут. Когда уже почти потеряли надежду, она вдруг открыла глаза. Вот ради таких моментов прощаешь своей работе всё: нервы, недосып, постоянные разъезды. Ты понимаешь, что опять спас человека, а что может быть дороже жизни?»

Фото: Алексей Дацковский

Помнить каждый вызов

Когда началась специальная военная операция, сотрудники скорой помощи в приграничье работать стали совсем по‑другому: к ним поступали пациенты с минно-взрывными травмами, тяжёлыми ранениями при массовых обстрелах. Константин Глуховский тогда находился в Шебекино и Белгородском районе – там на тот момент была самая сложная обстановка.

«Мы и так оперативные, но при обстрелах на вызов едем максимально быстро, не оглядываясь ни на что. Минно-взрывные травмы вызывают обильную кровопотерю – счёт на секунды может идти, – рассказывает реаниматолог. – Приезжаем и оцениваем ситуацию. Если обстрел продолжается, то стараемся быстро раненых перенести в безопасное место. Одновременно оказываем помощь, стабилизируем. Как только ситуация позволяет, сразу везём в больницу. На ходу накладываем жгуты, делаем перевязки, инфузионную терапию. В бригаде три человека: водитель, врач и фельдшер или два фельдшера и водитель. Каждый делает своё дело, выполняет поставленные задачи. Медики спасают, водители тоже очень помогают. Многое зависит от водителя, ведь именно он знает, как быстрее проехать, где притормозить, чтобы дать возможность работать фельдшеру».

Константин Глуховский рассказывает, что помнит каждый выезд, но самое тяжёлое и страшное – ранение и гибель детей:

Фото: пресс-служба губернатора и правительства Белгородской области
Гладков навестил в больнице детей, пострадавших при атаке беспилотника ВСУ в Шебекино

«Такое горе всегда в сердце. Каждый раз прокручиваешь в голове и думаешь: а смог бы что‑то сделать, чтобы предотвратить? Даже когда понимаешь, что сделал всё, что в твоих силах, это не отпускает, держит тебя, заставляя выкладываться по полной. Помню 12-летнюю девочку в Новой Таволжанке, которая говорила с папой по телефону и погибла в момент прилёта. Помню сброс на наших детей на детской площадке в Шебекино, когда один мальчишка погиб, а ещё несколько были ранены. Помню всё».

— Расскажите о случаях, когда вы с бригадой скорой смогли спасти. Дети благодарят?

— Был случай, который очень запомнился. В Шебекинском округе мальчишка 13 лет попал под обстрел, его ранило в ногу. Мы сразу же сделали, что положено: наложили повязку, зажгутовали, повезли в больницу. Он не плакал, не жаловался, держался молодцом. Потом сказал, что теперь он «трёхсотый». Первое, что спросил у нас: «Теперь ко мне губернатор придёт в гости?» Не о том спрашивал, серьёзное ли ранение, не о том, что дальше с ним будет. Это было очень трогательно. Мы, взрослые люди, поразились мужеству, стойкости и несгибаемой силе воли простого мальчишки.

Фото: Алексей Дацковский

На сложных направлениях

О человечности наших врачей, об их мужестве и верности долгу можно песни слагать. Экипаж Глуховского постоянно выезжал и выезжает на границу, то есть в самые опасные места.

«Однажды поступил вызов из КПП «Шебекино». Там уже эвакуировали всех людей, но нам сообщили, что пограничники вытащили раненого, подорвавшегося на мине. Мы забрали раненого – им оказался казах, который воевал на стороне ВСУ. Взрывом ему оторвало обе ноги, свои его бросили, а наши пограничники спасли и передали нам. Мы зажгутовали пострадавшего, стабилизировали и повезли в больницу».

— Зная, кто он такой? – спрашиваю врача скорой.

— Конечно, – отвечает Константин Глуховский. – Наше дело – спасать, а степень его вины и прочее пусть другие определяют.

Фото: Елена Журавлёва (архив)

Ещё одним из направлений работы врача скорой помощи является транспортировка тяжёлых больных и раненых в Москву.

«Задача – доставить пациента живым. Во время транспортировки постоянно следим за состоянием пострадавшего, стабилизируем, если замечаем ухудшение. Если падает или растёт давление, пульс, изменяются жизненные функции – тут же выполняем медицинские протоколы, чтобы привести пациента в норму. Бывает и «качать» приходится», – рассказывает Константин Николаевич.

— Что такое «качать»?

— На нашем сленге «качать» означает реанимировать. Если остановилось сердцебиение, пропало дыхание, то «качаем» – возвращаем пациента к жизни, – уточняет реаниматолог.

Фото: Елена Журавлёва (архив)

Семья и служба

Супруга Константина Глуховского тоже работает на скорой помощи, поэтому мужа всегда поддерживает. Она понимает и принимает тот факт, что он всегда ездит на самые опасные направления. Родителям и сестре врач практически ничего не рассказывает о своей работе. Он не хочет волновать близких. Хотя они и так обо всём догадываются. С начала специальной операции Константин был награждён двумя медалями.

«Родителям приятно, они, конечно, гордятся сыном. Но подробно о моей работе мы стараемся не говорить», – рассказывает врач-реаниматолог.

Фото: Валерия Шатько
Преодолев растерянность и страх. Каким запомнили 30 декабря 2023 года белгородские медики

О нашем герое можно рассказывать много. Кроме того что он работает врачом на станции скорой помощи, врач-реаниматолог записался как медработник в ряды территориальной самообороны. При обстреле Белгорода 30 декабря 2023 года он оказывал помощь раненым, хотя был в тот момент не на рабочем месте. Врач увидел пострадавших и тут же побежал спасать людей – как делает он это на протяжении многих лет.

— Служба на скорой помощи нервная. Вызовы бывают разные. Что заставляет работать, несмотря ни на что?

— Наверное, осознание того, что ты жизненно необходим кому‑то, – немного задумавшись, отвечает врач. – Понятно, что есть серьёзные случаи, болезни, ранения, травмы, но есть и вызовы от одиноких людей. Бабушки звонят в скорую, говорят, что давление поднялось. Приезжаешь, измеряешь давление, пульс, уровень глюкозы в крови, потом поговоришь с пациентом, и ему становится легче. Улыбнёшься, пожелаешь не болеть – и видишь, как человеку приятно.

Фото: Алексей Дацковский