У известного американского экономического историка Майкла Магуна встретил наблюдение, что «знаменитый американский плавильный котёл» - явление всего лишь полувековой давности, с 1950-60-х годов. И этим «котлом» стали не менее знаменитые «американские пригороды»:

«Сегодня многие считают, что американцы делятся на четыре большие расовые группы: белых, чернокожих, азиатов и латиноамериканцев. Однако до Второй мировой войны большинство людей за пределами Юга мыслили в терминах этнической принадлежности и религии, а не расы. Белых американцев не было; были итало-американцы, евреи-американцы, немцы-американцы, норвежцы-американцы, поляки-американцы и ирландцы-американцы и т.п. За пределами Глубокого Юга люди даже не задумывались о расе. Каждая из этих этнических групп была сильно сконцентрирована географически.

На севере Новой Англии преобладало британское население и сильное франко-канадское меньшинство. На юге Новой Англии преобладало британское население и сильное ирландско-католическое меньшинство в городах. И каждый район был явно либо британским, либо ирландским. Мало кто жил в «неправильном» районе
.
Нью-Йорк был ещё более разобщён. Район был населён либо британцами, либо итальянцами, либо ирландцами, либо афроамериканцами, либо евреями, либо представителями десятков других этнических групп, проживавших в регионе.
Сельские регионы, простирающиеся на запад от Пенсильвании через Средний Запад, были преимущественно немецкими. Северная часть сельского Среднего Запада была преимущественно заселена норвежцами, финнами, шведами и датчанами. Промышленные города Среднего Запада были похожи на Нью-Йорк, с широким разнообразием этнически однородных групп, в основном из Восточной Европы. Единственным регионом, где существовала расовая стратификация, был Глубокий Юг с его классическим разделением на белых и чёрных.

Не менее важно и то, что многие из этих этнических групп были разделены по религиозному признаку (протестанты разных конфессий, католики, иудеи и др.) Каждая группа держалась обособленно и редко общалась вне своей религиозной группы.

Фактически это означало, что этнорелигиозные группы были крайне сегрегированы вплоть до Второй мировой войны. Если бы этот уровень этнорелигиозной сегрегации сохранился во время послевоенного экономического бума, это привело бы к значительному неравенству между группами.
Этно-религиозные группы, живущие рядом с заводами, процветали бы, в то время как те, кто жил вдали от заводов, были бы лишены большей части этого прогресса. Массовое строительство односемейных домов на окраинах растущих мегаполисов гарантировало, что этого не произойдет.

После Второй мировой войны молодые семьи из ранее этнически сегрегированных городских районов переехали в совершенно новые дома в пригородах. Все жители этих сегрегированных городских районов внезапно стали жить вместе в одном пригороде. Неудивительно, что многие из них влюбились друг в друга, поженились и родили детей. Спустя несколько поколений этнорелигиозное разнообразие и сегрегация среди белых сошли на нет. Не менее важно и то, что эти молодые семьи воспользовались преимуществами устойчивого экономического роста».