В Ленинском районном суде начался допрос бывшей заведующей кафедрой цифровой и отраслевой экономики Воронежского государственного технического университета (ВГТУ) Натальи Сироткиной. Профессор проходит обвиняемой в получении взяток. С ней же на скамье подсудимых и ее экс-подчиненная по кафедре – Элина Лубянская. Следственные органы собрали доказательства их совместной преступной деятельности, в связи с чем уголовные дела были объединены в одно производство, им предъявили обвинение по п. «а» и «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ (получение взятки должностным лицом, совершенное организованной группой в крупном размере).
Напомним, по версии следствия, занимая должность председателя диссертационного совета, Наталья Сироткина создала организованную группу, целью которой было систематическое получение взяток от соискателей ученых степеней кандидата и доктора экономических наук. За четыре года – с 2019-го по 2022-й – участницы группы получили незаконное вознаграждение на сумму более 8,7 млн рублей. В деле Сироткиной фигурируют 22 эпизода, у Элины Лубянской – 18.
В четверг, 15 января, Наталья Сироткина продолжила отвечать на вопросы за трибуной в суде. На заседании побывали и корреспонденты РИА «Воронеж».
«Бывало, что по стеночке выходили из кабинета»
Допрос Натальи Сироткиной проходил не совсем в привычном формате. На этом заседании выступала сторона защиты подсудимой, адвокаты задавали вопросы, но они не относились к предмету разбирательств, а больше имели характер научно-просветительского ликбеза.
Так, например, Наталью Сироткину просили разъяснить, что под собой подразумевает должность ученого секретаря, какими она наделена полномочиями и функциями. Тем самым адвокаты стремились привлечь внимание к фигуре Сергея Лукъянова – еще одного участника уголовного дела, он как раз и был ученым секретарем экспертного совета по экономическим наукам ВАК. Задержать силовикам ученого не удалось, до сих пор он находится в федеральном розыске.
К заседанию Наталья Сироткина подготовилась более чем основательно. Ее ответы были целым выступлением. Она 15 минут потратила на то, чтобы разъяснить, какая принципиальная разница между ученым секретарем и обычным секретарем. И в чем заключается специфика этой должности. Но все-таки ключевой тезис ее ответа заключался в том, что ученый секретарь не уполномочен формировать списки экспертов совета и не имеет никакой возможности влиять на результат их голосования.
Наталья Сироткина и Элина Лубянская
Дальше адвокаты задали вопрос о порядке проведения экспертного совета. И исходя из ответа Сироткиной, было очевидно: стратегия защиты выстроена так, чтобы их подзащитная смогла убедить суд в прозрачности данной процедуры.
Ответ Сироткиной был увлекательным рассказом о «синей комнате «ВАК» в здании Министерства просвещения РФ, куда часто вызывали скорую помощь. В этой комнате проходили защиты кандидатов на получение ученых степеней.
– Там была комната, окрашенная в синий цвет, по всей стране ее так и называли «синяя комната», – начала свой рассказ Сироткина. – О ней ходили страшные истории – все потому, что туда часто вызывали скорую помощь, люди падали в обморок. Такая была волнительная атмосфера.
– Эксперты ВАК падали в обморок? – уточнил у Сиротиной судья.
– Нет, что вы. Эксперты со своим самообладанием справлялись хорошо, а вот те, кто приезжал, чтобы защитить свою работу, не всегда справлялись с эмоциями. Бывало, что и по стеночке выходили из кабинета, – отвечала Сироткина. – Из-за этого частого явления кто-то в президиуме усомнился в объективности принятия решения. Однажды на заседание приехали сотрудники прокуратуры. Им захотелось понять, почему здесь люди падают в обмороки. Но оказалось, что, выходя за трибуну, человек, каким бы он ни был опытным, испытывает волнение. В итоге они убедились, что все проходит объективно, а дело лишь в волнительной атмосфере.
Волнительную атмосферу в этот раз ощущала и сама Сироткина. Несмотря на стремление выглядеть уверенно за трибуной, профессор не смогла полностью скрыть волнение: в ее интонациях проскальзывали дрожащие ноты и руки слегка дрожали. Тем не менее она продолжала свой длительный монолог, позволяя себе отступать на лирику.
– Какое бы ни было волнение, я своих учеников всегда учила защищать «ворота», как Родину. Я люблю цитировать фильмы, один из моих любимых – «Харламов», где Меньшиков кричал: «Защищай, защищай ворота, как Родину!», вот так же и я – всегда учила научные результаты защищать, как Родину, – воскликнула Наталья Сироткина.
«Самостоятельно диссертацию написать нельзя»
Судебное заседание длилось почти два часа, и чем дальше, тем сильнее оно напоминало академическую лекцию. Наталья Сироткина рассказала об организации диссертационного совета: кто в него входит, как он формируется, о своей работе в нем начиная с 2018 года.
Дальше все послушали, что такое, собственно, диссертация. И тут, чтобы не было скучно, обвиняемая решила захватить на заседание свои научные труды. Сироткина продемонстрировала свои кандидатскую и докторскую, рассказала на их примере, сколько в них глав, пробежалась детально и по рубрикам. Прервать подсудимую судья не решался. А для Сироткиной это был настоящий звездный час: если раньше ей не позволялось долгих разъяснений, то сейчас, на этапе ее допроса, она наконец получила полную свободу.
– Считаю, что самое главное в диссертации – это тема и ее развернутый план. Я консультировала учеников, – говорит Сироткина. – Придумать тему диссертации очень сложно, разработать ее рубрики, всю структуру – это трудоемкий процесс. Тот, кто пишет кандидатскую, самостоятельно это сделать не может, тот, кто докторскую пишет, быстро сделать это не может. А когда ты уже написал десятки диссертаций... этот процесс становится просто очень увлекательным.
Тут Сироткина снова позволила себе лирическое отступление, вспомнила советский мультик про маленького мальчика, который спрашивал у своей мамы, как быстро можно научиться пришивать пуговицы.
– Мальчик на сотой пуговице научился пришивать ее. И я всегда хотела развиваться сама. Хотела считать себя педагогом, и кто просил меня научить – я учила, кто просил показать – я показывала, кто просил написать за него – вот в этом я была не права, – так без оправданий признала свою ошибку Наталья Сироткина.
В последующем монологе Сироткина акцентировала внимание суда на том, что работа над диссертацией – это всегда командная игра, и заявила, что те свидетели, кто говорит о том, что они писали работы самостоятельно, просто не разбираются в научном процессе.
На прошлых судебных заседаниях Наталья Сироткина объясняла, что деньги, собираемые с соискателей научной степени, являются оргвзносами, но ни в коем случае не взятками.
Сироткина готова была и дальше продолжать свою линию защиты в том же духе, но слишком утомила судью. Внезапно он прервал подсудимую короткой фразой: «Объявляю перерыв».
Ранее РИА «Воронеж» рассказывало, что на одном из прошлых заседаний были показаны видеозаписи, сделанные скрытой камерой, установленной в кабинете Натальи Сироткиной. На одной из них записан телефонный разговор подсудимой, в котором она рассказывает, что ждет завкафедрой экономики и управления организациями ВГУ Юрия Трещевского, чтобы обсудить с ним «страховку» на защиту диссертации супруги ректора ВГУ Дмитрия Ендовицкого. Часть денег, собранных с таких соискателей, передавалась секретарю экспертного совета по экономическим наукам ВАК при Минобрнауки Сергею Лукьянову, который, по версии следствия, и обеспечивал «страховку», о которой упоминает Наталья Сироткина в беседе с Трещевским.
Дмитрия Ендовицкого в конце прошлого года признали виновным по п. «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ (дача взятки должностному лицу через посредника в крупном размере). Также Дмитрия Ендовицкого осудили по п. «б» ч. 3 ст. 242 УК РФ (незаконное распространение порнографических материалов через интернет). Бывшего ректора отправили на 8 лет в колонию строгого режима и назначили штраф – 3 млн рублей. Юрий Трещевский получил 5 лет условно.
