Для иллюстрации предыдущего поста об ошибочности попыток вероучительно «сочетать» Православие с Исламом вернёмся к примеру такой попытки, распространяемой сегодня в военной среде на фоне реального боевого братства. Подчёркиваю, что, хотя многие с очевидностью узнают здесь А.А.Алаутдинова, у меня нет намерения судить о персоналиях. Мой текст — именно о содержании.

В сокращенном виде рассматриваемое синкретическое утверждение звучит так: «Придёт Исус, Он возглавит войско против Антихриста (Даджаля) и в это войско войдут все верные христиане и мусульмане. А различие в вере, что Иисус для мусульман — пророк, а для христиан — Бог, это не “камень преткновения”. Потому что молиться мы будем все одинаково: так, как молятся до сих пор мусульмане — припадая лбом к земле и затем воздевая руки к небу, а не на Крест, потому что Иисус, который возглавит молитву, не будет молиться на Крест, ведь это Его собственное подобие. Вывод: мы ждём одного Мессию, который объяснит, в чём мусульмане заблуждались, а в чём христиане заблуждались».

Подразумевается, что изложенные утверждения соответствуют и Священному Писанию христиан, и Корану. Однако это не так.

По крайней мере для христиан ошибочны следующие утверждения:

- что единая форма молитвы есть определяющий объединяющей фактор — нет, внешние формы могут быть как разными при единстве веры, так и схожими при различиях;

- что Христос «возглавит молитву к Богу» — нет, Он Сам придёт как Бог и Судья;

- что главное в эсхатологии это сражение с антихристом — нет, это лишь один из эпизодов последних времен, причем понимаемый в данном случае буквалистски; главное это откровение полноты правды Божией во втором славном пришествии Христа Спасителя, воскресение мертвых и вхождение людей в Его вечное Царство Небесное - «и паки грядущаго со славою судити живым и мертвым, Егоже Царствию не будет конца» и далее: «чаю воскресения мертвых и жизни будущаго века»;

- а главное — что отрицание Божества Иисуса Христа не может быть «камнем преткновения» — нет, исповедание Христа Богочеловеком, Богом, пришедшим во плоти, возглавившим обновленное человечество — это как раз-таки краеугольное различие: только в силу и при условии исповедания Божественного достоинства Иисуса Христа человек может именоваться христианином, достичь единства с Богом и войти в Царство Небесное, как сказал о Господе Иисусе Христе апостол Пётр: «Он есть камень, пренебрежённый вами, зиждущими, но сделавшийся главою угла, и нет ни в ком ином спасения, ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян. 4. 11-12).

Изложенная синкретическая попытка ошибочна с точки зрения Православия, потому что предлагает земное и даже политическое понимание домостроительства Иисуса Христа; приземлённое, а не религиозное описание эсхатологии; исключительно внешнее, обрядовое, на уровне приемлемости или неприемлемости жеста понимание молитвенных практик — без их одухотворения Фаворским светом Преображения. Конец времён в этом понимании — это скорее политическое упразднение зла на земле и затем продолжение существования того же (или похожего, хотя бы даже изменённого) тварного мира. Православные так не верят. Мы верим в «новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет».