В Железнодорожном районном суде Воронежа продолжается рассмотрение уголовного дела против предпринимательницы Ирины Фоминой и ее партнера, коммунальщика Ивана Попенкова. Их обвиняют в уничтожении заливного луга на территории Кожевенного кордона на берегу реки Усманка. На этом участке велось строительство частного особняка, из-за которого была нарушена экологическая целостность природной зоны.
Фоминой следствие предъявило обвинение по двум статьям: 262 УК РФ (попытка нарушения режима особо охраняемых природных территорий), максимальная санкция - до 2 лет исправительных работ, и ст. 246 УК РФ (нарушение экологических норм при проведении строительных работ), санкция предусматривает до 5 лет лишения свободы. Следствие полагает, что Фомина - организатор этих преступлений.
А Попенкову как соучастнику, помимо вышеуказанных статей, вменяют также фальсификацию доказательств и результатов оперативно-разыскной деятельности – ч. 1. ст. 303 УК РФ (санкция - до 4 месяцев ареста). На очередном судебном заседании, которое состоялось в пятницу, 6 февраля, побывали корреспонденты РИА «Воронеж».
От застройки к уголовному делу
Громкий экологический скандал вокруг построенного на берегу реки Усманка огромного двухэтажного особняка вот уже третий год как не может найти своего разрешения. Владелицей объекта является предпринимательница Ирина Фомина. Семь лет назад ей удалось на Кожевенном кордоне возле базы отдыха «Смена» купить землю и получить разрешение на возведение спортивно-оздоровительного комплекса.
Начала стройку Фомина в 2019 году, а в 2022-м к предпринимательнице со стороны природоохранных органов возникли серьезные претензии. Выяснилось, что Фомина строит свой «комплекс» размером в 1 тыс. 800 кв. м прямо в прибрежной зоне. С помощью тяжелой техники не только возводили там здание, но еще и перекопали заливной луг, который находился в границах особо охраняемой природной территории и имел высокую экологическую ценность.
Кроме того, на участке велись масштабные ландшафтные работы: Фомина решила организовать искусственные пруды, для чего потребовалось прорыть систему каналов, соединенных с руслом реки. Эти действия, по мнению экологов, нарушили гидрологический режим проймы, что могло повлиять на затопляемость соседней территории.
На фоне этих нарушений против Фоминой и ее партнера по стройке Попенкова поэтапно были инициированы три параллельных судебных процесса. Два из них прошли в Арбитражном суде. Там с августа 2023 года и по сей день мэрия Воронежа добивается снесения здания, считая его самовольной постройкой, а с февраля 2025-го в Арбитраж с иском обратилось минприроды и пытается взыскать с Фоминой 415 млн рублей за причинение вреда почвам.
Третий процесс – уголовный, ведется в Железнодорожном районном суде. Его суть заключается не в решении судьбы здания, а в ответственности за экологический ущерб. Потерпевшей стороной выходит минприроды. В рамках рассматриваемого уголовного дела управление пытается взыскать с Фоминой 309 млн 670 тыс. рублей.
Несмотря на значительный объем собранных следственными органами доказательств, судебный процесс идет уже почти год. На данный момент суд находится только на этапе исследования доказательств. Сторона обвинения по-прежнему настаивает, что застройка велась с нарушением режима особо охраняемой природной территории, а защита продолжает оспаривать обвинение и правомерность выводов следствия.
Почва для сомнений: как термин стал оружием адвокатов в суде
На данном заседании Ирина Фомина всячески избегала общения с прессой. Лицо закрыла под медицинской маской, а каждый раз, когда замечала направленные на нее камеры фотокорреспондентов, инстинктивно прикрывалась папкой с документами или резко отворачивалась. Иван Попенков держался более уверенным, но от общения с прессой также отказался.
В зале суда со стороны потерпевших присутствовал заместитель министра природных ресурсов и экологии Воронежской области Денис Попов. Собственно, к нему на этом заседании было больше всего вопросов. А все, потому что, Минприроды вышли к суду с ходатайством о приобщении к делу двух протоколов проб почвы, отобранных Росприроднадзором по Воронежской области в период с 2021 по 2023 годы.
Эти пробы, как утверждалось, подтверждали наличие плодородного слоя, перекопанного строителями Фоминой заливного луга. Копию документов для ознакомления передали и адвокатам подсудимых.
Защита сразу зацепилась за формулировку «плодородный слой» и решила сыграть на этом. Адвокаты посчитали это уязвимом местом и начали активно оспаривать логическую согласованность доказательства. С их стороны посыпались вопросы: требовали разъяснить, в чем именно заключается цель потерпевшей стороны, ограничившейся лишь двумя документами, тогда как в аналогичном споре в арбитражном суде представлялось гораздо больше материалов.
В ответ услышали, что эти документы подтверждают состояние участка до строительств. К тому же представители потерпевшей стороны напомнили, что у них есть право предоставлять любые доказательства, которые, по их мнению, способны подтвердить обстоятельства преступления.
Адвокаты не отступали с вопросами: кто определял наличие плодородного слоя? Имеет ли право Минприроды это делать? Почему экспертиза проводилась силами подведомственной организации, а не независимой лаборатории? Была ли соблюдена процедура сопровождений проб?
Но наполовину вопросов судья не допустила ответов, посчитав, что потерпевшие не обязаны доказывать что-то не входящие в их компетенцию. В итоге защита выступила против приобщения документов, а второй адвокат решила выступить с пояснениями:
– Процедура отбора этих проб не сопровождалась видеозаписью, а значит, нарушена прозрачность. Экспертизу проводил один специалист, а расчет ущерба – другой. Но главное, в обвинительном заключении моей подзащитной вменяется «снятие и уничтожение плодородного слоя со всей площади участка». А сегодня нам показывают доказательства, что этот слой присутствует. Тогда в чем обвинение? Что именно уничтожила Фомина? Моей подзащитной неясно обвинение, – обратилась адвокат к суду.
«Это незаконное вмешательство в экосистему»
Как ни старалась сторона защиты донести логику о том, что, если плодородный слой есть, значит, ничего не уничтожали, судья к ней не прониклась. Выслушав все стороны, она все же приобщила ходатайство к уголовному делу.
Затем перешли к вопросу адвокатов и их просьбе ознакомиться с информацией в телефоне одного из свидетелей по делу (устройство было запечатано и прилагалось к уголовному делу). Судья была не против, однако мобильный телефон был в разряженном состоянии. Требовалось время на его зарядку, в связи с этим судья решила объявить перерыв.
После заседания Ирина Фомина и Иван Попенков поспешили уйти, на вопросы журналистов они по-прежнему отвечать не горели желанием. А вот их адвокаты были настроены на общение. По-прежнему они пытались донести, что представленные доказательства противоречат самому предмету обвинения их подзащитным.
Однако этот аргумент выглядит довольно спекулятивно. По словам Дениса Попова, участок, где вела строительные работы Фомина, это не просто почва с наличием верхних плодородных слоев, а заливной луг, который имеет сложную природную структуру. Природоохранная зона была перекопана и засыпана грунтом, что является отходом 5 класса опасности.
– Была нарушена гидрология, уничтожена растительность, то есть экологическая функция территории утрачена, – говорит Денис Попов. – Более того, все работы проводились без согласования. Прорыв каналов и подключение искусственных водоемов к руслу реки привели к нарушению естественного гидрорежима, и по нашим данным это уже вызвало локальное изменение русла реки, а значит, повысился риск подтоплений на прилегающих участках. Это незаконное вмешательство в экосистему. Мы будем идти до конца и добиваться наказания для подсудимых.
Удастся ли Минприроды добиться для себя положительного результата и когда это произойдет, сказать сложно. Судебные заседания нередко зацикливаются на мелких процессуальных деталях, что приводит к вынужденным перерывам.
Но несмотря на текущие задержки в уголовном процессе, в арбитражном направлении появились новые подвижки. В декабре возобновилось рассмотрение дела о признании особняка самовольной постройкой, после того как арбитражный суд по Центральному району отменил определение апелляционной инстанции, которое на время приостанавливало производство.
Ранее РИА «Воронеж» сообщало, что губернатор Александр Гусев назвал строительство особняка на берегу Усманки крупным экологическим нарушением.
