«Мне деньги не нужны». Бывший детдомовец дважды женился, пока был на СВО — теперь его семья судится с невесткой

Александр Родькин из Голышманово вырос в детском доме, всю жизнь искал семью и заботу, уже будучи на СВО женился дважды за год. После того, как он пропал без вести, между его родственниками и официальной супругой разгорелся жесткий конфликт.

Сестра уверена: брак был фиктивным и заключался наспех, а жена, наоборот, настаивает — они поженились по любви и никаких денег ей не нужно. Пока тело 44-летнего военного не найдено, а статус пропавшего без вести сохраняется, стороны обвиняют друг друга в корысти, равнодушии и лжи. Наши коллеги из 72.RU выслушали обе версии этой истории. Подробнее — в материале 72.RU.

Александр Родькин вырос в детском доме. По словам сестры, мать лишили родительских прав, и всех детей распределили по разным учреждениям. Сам Александр вместе с братом Сергеем оказался в коррекционной школе, еще одна сестра — в другом детском доме. Только позже, когда дети подросли, их начала объединять бабушка — именно она помогала поддерживать связь и собираться всей семьей.

— Мы выросли без родителей, но всегда старались держаться вместе. Саша был таким — ему всегда нужны были забота, внимание, семья, — говорит Валентина.

Александр, по ее словам, так и не создал собственной крепкой семьи. Он никогда официально не был женат до событий, связанных с СВО, хотя жил с разными женщинами.

Решение отправиться в зону боевых действий, уверена сестра, не было осознанным выбором или идеологическим шагом. Александр вел непростую жизнь: злоупотреблял алкоголем, попадал в конфликтные ситуации, лишался водительских прав.

Непосредственным поводом для подписания контракта, по словам Валентины, стала бытовая ссора. В одной из компаний Александр толкнул женщину, после чего на него написали заявление. Ситуацию можно было уладить, выплатить моральную компенсацию, но, как утверждает семья, мужчину «обработали» так, что контракт стал, по его мнению, единственным выходом.

— Он съездил в полицию, вернулся ко мне и сказал, что решил подписать контракт. Всё закрутилось очень быстро, — вспоминает сестра.

До отправки на СВО Александр не раз жил с женщинами, но, по словам родственников, раньше официально отношения не оформлял. Валентина говорит, что она неоднократно просила брата не спешить с браком, но он всегда искал заботы и тепла — возможно, из-за детдомовского прошлого.

Первый официальный брак Александр заключил уже во время службы — с женщиной, с которой познакомился в соцсетях. Однако этот союз быстро распался, развод прошел без проблем.

Второй брак, ставший причиной нынешнего конфликта, был заключен буквально за два дня. Алла, с которой Александр расписался, по словам сестры, ранее была знакома с их семьей через старшую сестру. Долгое время они общались по переписке, а когда Александр приехал в отпуск, он на два дня уехал к ней — и именно в этот период был зарегистрирован брак.

— Они по переписке начали общаться, два месяца всего. Когда приехал в отпуск, уехал к ней на два дня и всё — расписались. А я-то еще ей сказала на суде, что если ты его раньше знала, то тогда он тебе был не нужен, а как узнала, что он на СВО — сразу полюбила нашего брата, — рассказывает Валентина.

При этом Александр, утверждает сестра, не доверял новой супруге: вскоре после регистрации брака он приехал к Валентине и оформил на нее новую генеральную доверенность. А после — обратно уехал на СВО.

Уже там, по словам сестры военного, у мужчины начался разлад с новой супругой. Одумавшись, он якобы попросил сестру за него подать на развод. Однако бракоразводный процесс не состоялся.

10 мая Александр Родькин пропал без вести. О случившемся Валентине сообщили сослуживцы. Спустя десять дней сестра обратилась в военкомат, однако там, по ее словам, с ней отказались общаться, ссылаясь на наличие у Александра официальной жены.

— Мне прямо сказали: у него есть супруга, мы вам ничего не обязаны сообщать, — говорит Валентина.

Сама же супруга, по словам родных, никакого участия в поисках мужа не принимала. Тогда Валентина обратилась в суд за брата, подав на развод с Аллой. Позже суд получил официальное уведомление о том, что Александр числится пропавшим без вести. Из-за этого дело было приостановлено. Тело Александра до сих пор не найдено. Сослуживцы, по словам сестры, говорят крайне осторожно: известно лишь, что мужчина ушел на боевое задание, которое называли «невыполнимым».

После исчезновения Александра начался открытый конфликт между его родственниками и официальной супругой. Семья настаивает: брак был фиктивным, заключенным спонтанно.

— По закону она жена. Все выплаты — ей. Мы вообще не имеем никаких прав, — говорит Валентина.

При этом, по словам сестры, супруга Александра активно настаивала на сдаче ДНК, поднимая вопрос о выплатах, но якобы не участвовала в поисках. Родня военного же отказывается сдать ДНК по просьбе его супруги.

— Мы без ДНК ищем, для нее ничего не собираются делать, — говорит Валентина. — Я просила хотя бы дать мне право похоронить брата, если его найдут. Мне даже этого не дают.

Сейчас семья надеется на огласку и юридическую помощь. Они признают: формально закон на стороне супруги, но считают ситуацию несправедливой.

— Он был нашим братом. Мы с ним выросли в детском доме, мы были его семьей всю жизнь. А теперь выходит, что мы — никто, — говорит сестра.

Жена Александра Родькина Алла настаивает: их брак не был фиктивным и не заключался ради выплат. Алла уверяет, что познакомилась с супругом около десяти лет назад и с тех пор они поддерживали связь. Общение, по ее словам, возобновилось осенью, когда мужчина уже находился в зоне боевых действий. Александр сам написал ей в соцсетях. Пара же всегда испытывала друг к другу чувства. Они регулярно переписывались, созванивались, она переживала за него и молилась.

Со слов Аллы, предложение руки и сердца Александр сделал сам. Она признаётся, что сначала сомневалась — ее пугала СВО и риск потерять мужа.

Тем не менее, утверждает женщина, решение о браке было осознанным и обоюдным. По версии Аллы, к моменту последнего отпуска у Александра были сложные отношения с родственниками. Женщина утверждает, что он сам не хотел с ними общаться и просил не вмешиваться в его личную жизнь. При этом она настаивает: именно она уговаривала его заехать к сестрам, несмотря на напряжение.

Когда Александр приехал к ней в Голышманово, женщина познакомила его со своими детьми и родными. Сам же военный приехал к возлюбленной с цветами и подарками, был рад и говорил о будущем. Именно тогда, утверждает она, он окончательно решил зарегистрировать брак.

Регистрация, по словам Аллы, прошла без давления и спешки, а короткий срок между приездом Александра и свадьбой она объясняет его ограниченным отпуском.

— Он был счастлив в эти дни. А когда сестре сказал: «Я буду жить с любимой женщиной. Я буду расписываться, всё», она там затопала, заорала, что я тебе не дам жениться. А он что, ребенок? Почему вы решаете? — негодует она.

О пропаже мужа Алла, по ее словам, узнала неофициально — от сослуживцев. Женщина утверждает, что до сих пор не верит в гибель Александра и надеется, что он может быть жив. Алла рассказывает, что самостоятельно обращалась в разные инстанции, искала информацию через знакомых, пыталась выяснить, не поступал ли Александр в морги или больницы.

— Я везде ищу до сих пор. В моргах, через знакомых. Мне сказали, что его там нет. Я радуюсь, что нет. Может, живой. Молюсь, чтоб найти его живым, — говорит Алла.

Она отвергает обвинения родственников в том, что ее интересуют исключительно выплаты, и подчеркивает: для нее важнее судьба мужа.

— Мне деньги не нужны. Не нужны эти миллионы. Я сама заработаю, — говорит Алла. — Это они меня выставляют какой-то бичевкой. Я хочу его живым найти. А она не успокоится вот из-за этих денег. Вы думаете, ей брат сейчас нужен? Она даже не ищет его. ДНК не сдает, хотя я сколько раз просила. Ей деньги нужны.

До этого мы рассказывали вам историю другого конфликта. Спор развернулся между матерью погибшего на СВО тюменца и его молодой вдовы. По словам родительницы, получила выплаты и теперь добивается наград — «За отвагу» и ордена Мужества. За них 20-летней вдове также полагаются выплаты.

Теперь мать погибшего военнослужащего пытается доказать, что брак сына с девушкой из Тюмени был фиктивным. По словам Ирины, 19-летний Владимир женился, находясь в колонии, за две недели до отправки по контракту в зону СВО. До этого у него не было никаких отношений. Однако Алена рассказала совершенно другую версию. Подробности — в материале.