После возвращения с фронта человек часто сталкивается с состоянием, к которому не готов ни он сам, ни его окружение. Формально он дома. В реальности живет в другом ритме. Привычные разговоры не вызывают интереса. Старые компании распадаются. Реакции остаются фронтовыми. Это сопровождается бессонницей, раздражением, безразличием к когда-то значимым вещам.
Родным приходится заново выстраивать отношения с человеком, который недавно находился под обстрелами. Обратная дорога не заканчивается в день демобилизации. Она продолжается после возвращения. Этот период требует времени и поддержки.
До участия в специальной военной операции Юрий работал начальником производства в фирме. По его словам, повестку он ожидал заранее. Периодически уточнял у родителей, приносили ли ее по месту прописки, поскольку жил он в Солнечногорске. В один из дней приехав с работы, решил сам зайти в военкомат, чтобы уточнить наличие повестки. Его направили к военкому, а затем в кабинет, где при нем оформили документы. Повестку он получил 28-го числа. На следующий день в 9 утра должен был явиться в военкомат.
- Страха не было, – вспоминает «Большой». - Свою позицию я заранее обозначил жене и родителям: если повестка придет, пойду, бегать не стану...
Он позвонил жене, сообщил, что уходит. Собрал вещи, белье, то, что хранилось от прежней службы. Отдельно закупил медицинские принадлежности, которые, по его мнению, могли понадобиться: иглы, пинцеты.
До отправки звучали разговоры о комендантской роте, но попал Юрий в пехотное подразделение. На вопрос, пожалел ли он о решении пойти в военкомат, уверенно говорит, что ни разу.
- Первый заход «на ноль» был в районе Кременной, - рассказывает он. - Нас доставили на бронемашинах. На подъезде начала работать минометка. Все заняли ближайшие укрытия. Позиции ранее принадлежали противнику, и укрытия были разрозненными. В том бою появился первый раненый. Пулеметчику с позывным «Зёма» осколок попал в короб с боеприпасами, началось возгорание, осколки задели плечо. К счастью, эвакуировали быстро.
Так началась реальность войны. Разная, как и сама человеческая жизнь. С горечью потерь, страхов, настоящей дружбой, смешными историям. Юра вспоминает бойца с позывным «Татарин», молодой парень. В дороге отсидел ногу.
- При высадке, в условиях обстрела, он прыгнул в грязь, провалился по колено и закричал, что сломал ногу. На самом деле ничего он не сломал, просто нога затекла. Двое бойцов, «Кот» и «Близнец», подбежали и попытались его вытащить. В грязи остался один берц, который развязался. Бойца оттащили под кусты. Он продолжал кричать, началась истерика. Его привели в чувство по-походному, в соответствии с обстановкой. После этого он успокоился. Когда прекратился обстрел, бойцы начали разбираться с позициями. Один из молодых начал окапываться и лопатой ударил по твердому предмету. После расчистки обнаружили десять минометных снарядов, на которых он находился. В рубашке родился парень.
«Большой» вспоминает бойца с позывным «Друид», который варил кофе и угощал остальных. Эти моменты, по его словам, запоминались наравне с боевыми эпизодами. Служба Юрия продолжалась с 2022 по 2024 год и завершилась после ранения.
- Мне была поставлена задача собрать разведданные. Трое суток передвигался ползком. При отходе рядом, метрах в трех-четырех разорвался 120-миллиметровый снаряд. Почувствовал тепло и перестал чувствовать руку, но оставался в сознании. По рации крикнул: «Большой» - «300». Сам сделал перевязку, затампонировал раны, пил сладкую воду, чтобы не терять сознание. Последний укол сделал в 7:45. После этого, в бронежилете, каске и с оружием, как и полагается, вышел к своим и передал ротному тетрадь с записями.
Дальше эвакуация. Сначала балка, затем подвал, где срезали одежду и зафиксировали ранения. Далее подъем по лестнице, погрузка в КАМАЗ и отправка в госпиталь в Рубежное. Бесконечные манипуляции, снимки. Юра, шутя, говорит, что у него целый «дембельский альбом» из медицинских снимков накопился.
Затем был Новый Айдар, где ему делали обезболивание каждые три часа. После - госпиталь в Шебекино, и опять обследования. Ранения были в шею и в пах. Далее Белгород, очередные процедуры и обсуждение отправки бортом в Москву или Петербург.
- Во время наплыва раненых врач сообщил о нехватке мест и сказал, что может отправить самолетом только одного человека. Выбор был между мной и молодым парнишкой из моей палаты. Я сразу сказал, чтобы отправляли парня, а сам отправился поездом. Так я оказался в госпитале в Ярославле, чему потом был очень рад. Врачи там, как говорится - от Бога. Отдельное спасибо лечащему врачу Павлу Владимировичу и хирургу Магомеду, который проводил операцию. Операция длилась около четырех часов. Был извлечен осколок размером около 9 миллиметров.
Возвращение к мирной жизни, по словам Юрия, оказалось непростым. Общение с прежними знакомыми не складывалось. Разговоры с ними стали ему неинтересны. Хотелось общаться только с теми, кто понимает войну не по наслышке. Так «Большой» оказался в Ассоциации ветеранов СВО.
- Подобные организации необходимы, - уверен ветеран. - Количество возвращающихся растет. Кому-то требуется юридическая помощь, кому-то психологическая, кому-то просто разговор с теми, кто прошел тот же путь. Здесь мы все понимаем друг друга, у нас проходят совместные мероприятия, появляются новые знакомства. После фронта сужается, и такие места дают возможность поддерживать связь.