Если бы в Израиле существовал чемпионат по скорости исполнения транспортных обещаний, то Негев, несомненно, занял бы последнее место — и то только потому, что до финиша остальные регионы не доехали бы вовсе. Вот уже двадцать лет Кнессет поёт одну и ту же песню: «Скоростная железная дорога из Беэр-Шевы до аэропорта Бен-Гурион вот-вот будет построена, миллиарды уже выделены, осталось только подождать…» И, как в хорошем анекдоте, никто не помнит, куда делись предыдущие миллиарды, зато все помнят, что поездка, которая на машине занимает 40 минут, на общественном транспорте превращается в трёхчасовую одиссею, достойную пера Гомера.
В январе 2026 года, в очередной раз отмечая День Негева, депутаты Кнессета с энтузиазмом обсуждали транспортные вызовы региона. Депутат Ясмин Сакс-Фридман, словно археолог, требовала углубленного пересмотра политики: «Нет поезда из Беэр-Шевы или с юга в Иерусалим, автобус застревает в пробках почти так же, как частный автомобиль, а в бедуинском секторе все проблемы умножаются многократно». В ответ Министерство транспорта бодро рапортовало: «Видим важность инвестиций в Юг — вложим 15 миллиардов шекелей в скоростную железную дорогу, которая вдвое сократит время в пути». И тут же, как по сценарию, раздался вопрос: «А куда делись предыдущие миллиарды?».
Впрочем, если бы транспортные проблемы Негева решались количеством обещаний, регион давно бы стал израильским Сингапуром. Но пока жители Мейтара вынуждены держать по четыре автомобиля на семью, а некоторые дети из бедуинских деревень по-прежнему ездят в школу на верблюдах и ослах — не потому, что это часть культурного наследия, а потому что автобусные остановки существуют только в воображении чиновников.
История транспортных инициатив в Негеве — это бесконечный сериал с повторяющимися сериями. Вот, например, проект железной дороги Беэр-Шева—Димона—Эйлат: его обещали построить ещё в начале 2000-х, потом в 2010-х, потом в 2020-х. Каждый раз перед выборами проект торжественно возрождается, чтобы после голосования снова исчезнуть в песках пустыни. Или возьмём электрификацию южных железных дорог: сначала обещали к 2020 году, потом к 2025-му, теперь к 2027-му. Время идёт, а дизельные поезда продолжают медленно ползти по рельсам, как символ вечного ожидания перемен.
Особое место в этом театре очковтирательства занимает риторика чиновников. «Те, кто принимает решения об общественном транспорте, никогда не ездили в автобусе», — с горечью замечает жительница Нетивота. А другой участник заседания добавляет: «Если государство не выйдет из рамок привычного, чтобы заставить нас оставить машину дома и перейти на общественный транспорт, мы застрянем в бесконечной пробке». Но, судя по всему, пробка — это и есть конечная цель реформы: ведь в ней можно долго стоять, обсуждать новые проекты и снова обещать светлое будущее.
Министерство транспорта, словно фокусник, достаёт из шляпы всё новые проекты: вот вам проектирование легкорельсового транспорта в Беэр-Шеве, вот развязка Рамат-Ховав, вот расширение трассы 6. Но, как и в любом хорошем фокусе, главное — отвлечь внимание публики от того, что реальных изменений не происходит. Местные власти, которые лучше всех знают, где и что нужно строить, практически не имеют полномочий, а решения принимаются где-то далеко, в кабинетах, где транспортные проблемы решаются исключительно на бумаге.
Впрочем, ирония ситуации в том, что каждый новый виток обещаний сопровождается всё более изощрёнными объяснениями: то виноваты подрядчики, то война, то экономический кризис, то погодные условия. А жители Негева продолжают просыпаться в шесть утра, чтобы успеть на единственный автобус, который, возможно, приедет, а возможно — нет. И если вдруг кто-то из чиновников решит лично испытать все прелести местного транспорта, то, возможно, поймёт, почему жители региона воспринимают каждое новое обещание как повод для саркастической улыбки.
ИТОГИ И ФАКТЫ: КОГДА ТРАНСПОРТ — ЭТО ВЕЧНОЕ ОЖИДАНИЕ
Обещание/Проект Статус на 2026 год
Скоростная железная дорога Беэр-Шева—аэропорт 20 лет в обещаниях, в реальности — только на бумаге.
Электрификация южных железных дорог Сроки сдвигаются каждые 5 лет, дизель живее всех
Автобусное сообщение для бедуинских деревень Остановки и маршруты — в мечтах, не на местности
Инвестиции в трассы 40 и 232 Деньги выделены, проблемы остались
Легкорельсовый транспорт в Беэр-Шеве Проектируется, сроки неизвестны
В Негеве транспортные реформы — это не про движение вперёд, а про движение по кругу: обещания, бюджеты, отчёты, новые обещания. И пока одни обсуждают, как сократить время в пути, другие продолжают ездить на верблюдах, потому что это, как ни странно, самый надёжный транспорт в регионе.
Визуальный образ:
Представьте себе карту Негева, где вместо железнодорожных линий — пунктир из обещаний, а вместо автобусных маршрутов — следы верблюжьих копыт. На фоне — улыбающиеся министры с плакатами «Скоро будет!», а внизу — жители, которые уже не верят ни в поезда, ни в чудеса.
P.S. быстрее доедет».