В этой статье, на оригинал которой я набрёл в одной из американских соцсетей, выдвигается интересная теория о том, почему и как рекомендательные алгоритмы социальных сетей привели к расколу общества и полярной радикализации взглядов мужчин и женщин на общественное устройство. Проблемы в статье описываются на примере американского общества, и не всё описанное применимо к России и другим постсоветским странам, но всё же можно обнаружить много общего. Я решил, что эта статья достаточно интересна и достойна хорошего литературного перевода - некоторые предложения я переводил не дословно, а по смыслу.
Молодые женщины полевели, а молодые мужчины сохранили рассудок
Финансист Билл Экман репостнул график, на котором видно, как за последние двадцать пять лет разница в политических предпочтениях между молодыми мужчинами и женщинами в Америке почти удвоилась. Женщины радикально полевели. Мужчины же остались примерно там же, где и были до этого. Экман задаётся вопросом: почему это произошло?
Хороший вопрос! Большинство из встреченных мною в сети ответов приходят к поверхностным суждениям вроде "женщины более эмоциональны" или "социальные медиа - зло", но никто не разбирает реальный механизм происходящего. Давайте же попробуем разобраться в этом сами.
Целое десятилетие нам говорили, что мужчины "резко правеют", и что это очень опасно, но реальные данные показывают обратное. Мужчины в своих взглядах почти не сдвинулись с места, а вот женщины резко полевели. Точка зрения, внушаемая нам с помощью масс медиа, прямо противоположна реальности. Когда речь заходит об олевении женщин, это преподносят как прогресс - женщины становятся всё более образованными, более независимыми, более просвещенными. С этой точки зрения, на показанном выше графике мы наблюдаем прогресс. Но это глупость - на самом деле, на графике изображена ловушка, в которую мы все попали.
Дело не в Америке
Мы перейдём к обсуждению механизма попадания в эту ловушку чуть позже, а пока что давайте отметим кое-что важное: описываемое явление касается не только Америки - в эту ловушку попадают общества всех стран мира. В прошлом году "The Financial Times" опубликовала график, на котором видно, что идеологический разрыв расширяется в десятках стран одновременно: в Великобритании, Германии, Австралии, Канаде, Южной Корее, Польше, Бразилии и даже в Тунисе. Молодые женщины левеют, мужчины - либо остаются на месте, либо правеют.
Глобальность этого тренда говорит о том, что причины проблемы не в особенностях Америки - это происходит не из-за закона о равных возможностях в образовании или из-за движения MeToo и не из-за культурной войны на кампусах американских университетов. Это что-то гораздо большее, гораздо более глобальное, и это что-то началось по всему миру примерно одновременно.
Лучший пример - Южная Корея. Молодые корейцы, согласно опросам, в подавляющем большинстве крайне консервативны, а молодые кореянки - наоборот радикально "прогрессивны" (примечание переводчика: в американском словаре слово "прогрессивный" означает "левый социалист"). Разрыв между политическими взглядами двух полов в Корее гораздо шире, чем в Соединённых Штатах. На это влияет и обязательная полуторагодовая служба мужчин в армии, и сумасшедшая конкуренция в карьере. Но момент, в который это разделение началось, совпадает с началом этого же тренда в Америке, и этот момент - время появления в продаже смартфонов. Каковы бы не были причины, вызывающие раскол общества, дело не в Америке - эти причины глобальны.
Аппаратное обеспечение
Давайте начнём с обсуждения нашего биологического "аппаратного обеспечения". Женщины эволюционировали в условиях, в которых изгнание из общества означало смерть. Женщина не могла охотиться, будучи беременной. Она не могла сражаться с врагами, одновременно ухаживая за младенцем. Для выживания женщине требовалось существовать в обществе, которое предоставляло ей защиту и пропитание. Миллионы лет существования в этих условиях прошили в генетической памяти женщины мысль о том, что быть исключённой из общества означает для неё верную смерть.
Опыт мужчин в процессе эволюции резко отличался от женского. У них были другие заботы: охота на протяжении нескольких дней вдали от поселения, исследование окружающей территории, битвы с врагами. Естественный отбор требовал от мужчин легко переносить одиночество и долгое отсутствие общества. Мужчины могли даже пережить временное изгнание из общества. Для мужчин характерен больший риск, большая независимость и большая возможность выходить самому из дрянных ситуаций.
Это разделение дошло до наших дней и сохранилось во всех современных культурах. Психолог Дэвид Шмидт исследовал пятьдесят пять разных культур и обнаружил схожие паттерны в каждой из них: женщины легче прогибаются под чужое мнение, более чувствительны к негативным раздражителям и сигналам социального отторжения. Мужчины в среднем более терпимы к разногласиям и конфликтам. Эти различия наблюдаются во всех изученных Шмидтом культурах.
Мужчины не лучше женщин, а женщины не лучше мужчин - просто естественный отбор давит на них по-разному, и они по-разному адаптируются под это давление. Но это также означает, что они по-разному реагируют на одни и те же условия. Женщины переносят давление общественного мнения гораздо хуже мужчин.
Механизм
Теперь давайте посмотрим на построенную нами адскую машину по выжиганию мозгов. Социальные сети основаны на общественном мнении. Вы можете наблюдать убеждения разных людей в прямом эфире. Несогласие на виду, оно измеримо и наказуемо. Раньше племя состояло из ста пятидесяти человек. Сейчас все, кого вы когда-либо встречали, и ещё куча незнакомцев постоянно наблюдают за вами.
Посмотрите на график. Фейсбук (принадлежит организации Мета, признанной экстремистской и запрещенной на территории России) запустился в 2004 году, но работал исключительно внутри университетов до 2006 года. Айфон появился в 2007 году, а Инстаграм (принадлежит организации Мета, признанной экстремистской и запрещенной на территории России) в 2010-ом. Именно в эти годы социальные сети стали неотделимой частью человеческого досуга.
Посмотрите на все приведённые в этой статье графики ещё раз. В начале двухтысячных с женщинами было всё в порядке. Отрыв их политических взглядов начался в 2007-2008-ых годах. Кривая становится всё круче и круче в 2010-х, когда смартфоны проникают в каждый дом, а социальные сети становятся всё более популярными. Женщины вообще по своей природе более либеральны (примечание переводчика: в американском словаре слово "либеральный" означает "левый социалист"), но их радикализация началась именно с появлением смартфонов.
С появлением смартфонов адская машина по выжиганию мозгов завелась и начала засасывать в себя своих жертв. Психическое здоровье девочек-подростков, согласно исследованиям, рухнуло почти сразу же, у мальчиков-подростков дела обстоят ненамного лучше. Особенность женской психики, которая помогала им выживать в течение миллионов лет, была использована создателями соцсетей как уязвимость, как эксплойт в их аппаратном обеспечении.
Механизмы соцсетей не заточены специально под женщин - они заточены на привлечение внимания. Но привлечение внимания лучше работает на тех, кто больше обеспокоен о мнении общества и кто больше подвержен давлению общественного мнения. Женщины в среднем более восприимчивы и чувствительны, и поэтому механизмы работы соцсетей повлияли на них сильнее.
Кроме того, в соцсетях появляется петля обратной связи: женщины жалуются гораздо больше мужчин. При скроллинге постов в ленте любой соцсети можно придти к мнению, что женщины страдают гораздо больше. Государственные и коммерческие организации реагируют на эти жалобы, потому что на такие публичные негодования необходимо отвечать, чтобы не допустить пиар-катастрофы. Женщины обычно представлены в этих постах как жертвы. И самое часто применяемое организациями решение - создание "безопасной" среды, где исключается любой конфликт. А это означает подавление любого несогласия и цензурирование любых альтернативных мнений, что приводит к ещё большему укреплению консенсуса общественного мнения. Контраргументы заметают под ковёр, спорящих банят, петля обратной связи замыкается.
Институты
Сейчас около 60% студентов в американских университетах - женщины. Это приводит к тому, что университетская культура почти полностью "прогрессивна". Институт образования, которому женщины доверяют, кормит их "единственно верной" идеологией без какой-либо серьёзной оппозиции и формирует их мировоззрение. Социологические опросы на университетских кампусах показывают, что студенты занимаются постоянной самоцензурой, высказывают только приемлемые в их среде мнения и боятся делиться своими истинными взглядами. Это касается не только женщин, но женщины сейчас доминируют в высшем образовании и сферах, в которых они наиболее представлены - гуманитарные науки, социология, экономика, педагогика, HR - самые идеологизированные. (прим. переводчика в Америке принято пренебрежительно обозначать такие специальности термином bullshit degrees - "липовые дипломы" - с намёком на то, что реальная ценность такого образования равна нулю).
Четыре года в окружении сверстников и профессоров с одинаковыми взглядами, списки единообразной литературы для чтения. Несогласие не просто встречается редко - оно наказуемо. Студентки учатся колебаться вместе с линией партии. Потом они заканчивают обучение и начинают работать в преимущественно женских коллективах: HR, медиа, педагогика, здравоохранение, благотворительность, и воспроизводят там эту монокультуру. С 18 до 35 лет большинство женщин почти никогда не сталкиваются с разногласиями. Петля обратной связи не нарушается.
Мужчины идут по другому пути: ремёсла, инженерия, финансы, военка - области, где результаты важнее консенсуса и общественного мнения, а несогласие не только дозволено, но часто и вознаграждается. Монокультура не завладевает их умами, потому что они не задерживаются в распространяющих её институтах (часто их оттуда вообще вышвыривают).
Экономика
Институт брака рухнул, и последствия хуже, чем многие думают. Одинокие женщины голосуют за гораздо более левые партии, чем замужние женщины. Этот тренд наблюдается десятилетиями. Причины экономические - одинокие женщины обычно взаимодействуют с государством как с источником социальных льгот и субсидий, а замужние женщины видят в государстве собирателя налогов. Разные экономические стимулы приводят к разным взглядам.
Различие в предпочтениях между замужними и незамужними женщинами - почти непреложный закон. Статистика браков рухнула почти в тот же рассматриваемый нами момент истории. Для мужчин коллапс института брака прошёл нелегко - суды по разводу, раздел имущества, расставание с детьми, алименты (прим. переводчика в оригинале используются два термина child support и alimony - различие в том, что child support - это алименты на ребенка, а alimony - это алименты на бывшую жену, которые по закону должны выплачиваться в некоторых штатах США). Логичным ответом на всё это стало полное недоверие к государственным структурам и восприятие их в качестве врагов. У мужчин и женщин в одинаковых исторических условиях разные интересы и разные проблемы, а следовательно разные политические взгляды.
Алгоритмы
Алгоритмы соцсетей затачиваются под вовлечённость. Это включает в себя и эмоциональный отклик, и проведённое на платформе время, и клики, и лайки, и репосты, и комментарии. Женщины в среднем более отзывчивы к эмоциональному контенту, ими легче манипулировать с помощью грустных историй. У них повышена невротичность, повышена чувствительность к негативным раздражителям. Алгоритм учится играть на этом - лента скармливает им контент, направленный на их слабости - страх, возмущение, моральная паника, истории об опасностях, несправедливостях, угрозах, войнах и "жертвах".
Мужчинам алгоритм показывает другие посты, играющие на других чувствах. У алгоритма нет цели раскалывать общество по половому признаку, цель алгоритма - фармить внимание. Сердца мужчин и женщин откликаются на разные стимулы, и поэтому лента для них выглядит по-разному. Женщины оказываются в эхокамерах, основанных на эмоциональном отклике, мужчины потребляют подкасты, форумы, обсуждения войн, контент маносферы и подобные вещи.
Идеология
Феминизм долгие годы внушал женщинам, что следование своим биологическим инстинктам, желание выйти замуж и завести детей - это результат промывки мозгов, что все их желания навязаны им угнетающим их патриархатом. Многие в это поверили и выстроили свои жизни, исходя из этой картины мира, в которой карьера, независимость и свобода от традиционных ограничений важнее семьи. И теперь им 35 лет, они не замужем, заплатили за свои карьерные успехи потерей фертильности и попали в ловушку - они не могут признать, что строили всю свою жизнь на ложных убеждениях, что потеряли возможность деторождения из-за ложных взглядов, что их подруга, не поддавшаяся пропаганде и по молодости выскочившая замуж, была права, что их собственная мать была права, стоя над душой с рассказами, что "часики тикают". Поэтому они не отступают от своих взглядов - не потому что их убеждения верны, а потому что психологическая цена за отказ от этих убеждений невероятно велика. Проще удвоить ставку и поверить, что общество ещё недостаточно "прогрессивно".
Мужская л��вушка
В посте я пишу в основном про женщин, но это не значит, что у мужчин есть иммунитет к негативному влиянию соцсетей. Просто ловушка для них работает немного по-другому: женщины получают от соцсетей идеологический конформизм, мужчины - эскапизм: порно, видеоигры, онлайн-казино. Ловушка для мужчин - не "веруй так или умри для общества" как у женщин, а "вот бесконечный источник дофамина, который заменит вам необходимость строить что-то в реальности". (прим. переводчика если женщины биологически получают удовольствие от потребления, то мужчины от преобразования мира). Разные механизмы и разные последствия - женщины уступают перед общественным мнением, мужчины становятся пассивными.
Стабильность мужских политических предпочтений на заглавном графике этого поста - не признак их психологического здоровья. Это просто другая форма болезни - мужчины выключаются из общественных процессов, вместо того чтобы быть втянутыми в них. А может, это говорит о том, что полевели все, но женщины полевели больше.
Лёд тронулся
Но мужской график больше не строго горизонтален. Данные 2024-ого года показывают, что мужчины сдвигаются вправо. Молодые мужчины гораздо большие традиционалисты (прим. переводчика в оригинале используется слово консерваторы, которое в данном случае, как мне кажется, не совсем верно), чем раньше.
Я думаю, что женщины пали жертвами адской машиной первыми и пали достаточно быстро, потому что больше подвержены давлению общественного консенсуса. Мужчины сопротивлялись чуть дольше, так как менее чувствительны и не так плотно включены в общественные институты. Но как только пропаганда мейнстримных медиа начала транслировать точку зрения, что "вся проблема в мужчинах" и их начали выдавливать из общества из-за лжи о "токсичной маскулинности", мужчины в ответ начали сильно праветь. Пассивность превратилась в оппозиционность, выключенность из общества превратилась в активное противостояние обществу.
Это не значит, что мужчины правы или "сводобны". Это значит, что они попали в другую ловушку, заточенную специально под них. Эндрю Тейт и маносфера появились не просто так (прим. переводчика Эндрю Тейт - американский аналог Арсена Маркаряна). Это тоже ловушки, но направленные на мужские психологические уязвимости.
Теперь линии на графике расходятся в разных направлениях. Машина выжигания мозгов тащит мужчин и женщин в двух разных направлениях, на конце которых две разные ямы. Кто-то может сказать, что проблема в образовании: женщины чаще идут в университеты, а современные американские университеты представляют из себя либеральные монокультуры. Но это не объясняет того, почему разрыв начал расширяться именно в 2007 году, и почему он происходит в странах с довольно разными системами образования. Кто-то может сказать, что проблема в экономике: молодые мужчины сталкиваются с трудностями, и ресентимент склоняет их к консервативным взглядам. Это частично верно, но экономические трудности начались задолго до недавнего сдвига вправо, а женское олевение началось в период увеличения женских успехов в экономике. Кто-то может сказать, что проблема в культуре: Эндрю Тейт для мужчин, Тэйлор Свифт для женщин, но это всё симптомы, а не причина болезни. Тейт и Свифт просто заполнили появившиеся ниши, а создали их.
Проблема многогранна: к ней привела совокупность причин, заключающихся и в разнице в биологическом аппаратном обеспечении (разная чувствительность к общественному мнению), и технологическом спусковом крючке (смартфоны и алгоритмические ленты соцсетей), и расширении институтов (захваченные либералами университеты и сферы карьеры с подавляющим процентом занятых в них женщин), и экономических изменениях (гибель института брака, тотальное расширение влияния государства на жизнь людей), и идеологическом зацикливании (огромные психологические затраты на отказ от убеждений, социальное наказание за предательство). Не одна причина, а система взаимосвязанных причин, которая просто затронула один пол быстрее и сильнее, чем другой.
Ну и что дальше?
Если мой анализ верен, то на его основе можно сделать некоторые предсказания. Разрыв должен быть меньше в странах, где смартфоны появились чуть позже и соцсети проникли в повседневную жизнь не так глубоко. Кажется это и правда так: разрыв меньше в Восточной Европе и Африке, хотя Южная Корея, в которой смартфоны появились позже Америки немного не вписывается в эту схему. Также разрыв должен быть меньше между мужчинами и женщинами с детьми, так как материнство разрывает ту порочную петлю обратной связи и смещает приоритеты - социологические исследования подтверждают это: матери гораздо более консервативны, чем бездетные женщины.
Разрыв должен продолжать расти пока вызывающие его механизмы не выйдут из строя. Но непонятно как вывести их из строя - эти системы подкрепляют сами себя. Институты не будут реформировать сами себя, владельцы соцсетей не перестанут оптимизировать алгоритмы ленты под внимание пользователей, либеральная идеология на кампусах не собирается сдаваться. Мужское сопротивление в маносфере тоже не приведёт к позитивным результатам.
Некоторые женщины смогут освободиться. Особенно помогает этому деторождение: реальность - это мощный антидот к идеологии. Некоторые из тех, кто построили жизнь вне институтов, тоже смогут вырваться. Некоторые мужчины смогут перестать бесконечно скролить соцсети и "выключаться" из общества - те, кто найдут что-то стоящее созидания, те, кто устали от симуляций. Но система продолжит пожирать остальных.
Вопрос
Бил Экман спрашивает, почему произошёл разрыв. Ответ состоит не в том, что "женщины эмоциональны" или "социальные сети - зло". Ответ состоит в том, что мы построили глобальную машину консенсуализации общественного мнения и применили её к биологическому виду с половым диморфизмом и отличиями в психологии полов. Сначала машина подчинила женщин, более подверженных влиянию общественного мнения, а после начал захватывать мужчин, используя уже немного другие механизмы. Мы наблюдаем результаты в прямом эфире - один и тот же график, две различных катастрофы. Обе линии расходятся друг от друга и отрываются от здоровой нормы. Я не знаю, как это закончится. Я не думаю, что кто-либо знает. Я не думаю, что это вообще закончится. Машины выжигания мозгов работают и работают...
Примечание переводчика: у меня есть телеграм‑канал, в котором я пишу про про философию, геометрическое пространство смыслов, этику, сознание, буддизм и математику. Туда я часто выкладываю то, что из‑за тематических ограничений не могу публиковать на Хабре.