Дореволюционная история и техасский фонд
Зарегистрированный в Техасе фонд Noble Capital RSD подал иск с требованием взыскать с России $225,8 млрд по так называемым «имперским долгам». Фонд претендует на средства в счёт погашения облигаций, выпущенных Российской империей в 1916 году: тогда в Нью-Йорке были размещены бумаги на $25 млн под 5,5% годовых со сроком погашения в пять лет. По условиям выпуска, все обязательства по этим облигациям должны были быть выплачены в начале 1920-х годов. Размещение было проведено через американский National City Bank of New York (ныне это Citibank) и предлагались частным инвесторам.
Хотя в 1918 году СССР официально отказался от долгов империи и Временного правительства, истец настаивает: обязательства перешли к современной Российской Федерации. По его мнению, погасить их можно за счёт суверенных активов нашей страны, заблокированных на Западе.
Представители власти уже прокомментировали столь удивительный юридический прецедент. Так, зампред Совета Федерации Константин Косачев назвал этот иск актом «юридической агрессии» против нашей страны. «Не исключаю, что это могут быть и те силы во внутриполитической борьбе в США, которые делают ставку на продолжение конфликта на Украине и срыв мирных шагов нынешней администрации под руководством Дональда Трампа, — заявил он. — Это, скажем так, является стратегической целью».
С тактической же точки зрения, по мнению сенатора, задачей таких действий может быть создание «юридической неопределенности и рисков», связанных с замороженными в западных странах российскими активами, для оказания влияния на позицию нашей страны по украинскому конфликту, а также для юридического обоснования их конфискации в США.
Косачев обратил внимание на санкционный контекст, прописанный в официальных документах. «В исковом заявлении достаточно частая ссылка на санкции и суверенные активы России, — указал сенатор. — Так, например, истец настаивает, «что задолженность по облигациям Российской империи может быть погашена за счет суверенных активов России, заблокированных в США из-за санкций».
По мнению первого зампредседателя комитета Госдумы по экономической политике Дениса Кравченко, вряд ли у этого иска есть шансы быть удовлетворенным через суд сразу по нескольким причинам. «В первую очередь по формально юридическому признаку, Российская Федерация не является юридическим правопреемником Российской империи, — подчеркнул депутат. — В нашей Конституции с 2020 года зафиксирована преемственность нашей страны к СССР, но не Российской Империи».
Парламентарий напомнил, что наша страна ещё в 2006 году полностью погасила задолженность перед Парижским клубом, куда входят в том числе и США. Мировым сообщество этот шаг был признан. «Поэтому внезапное появление держателей суверенного долга Российской империи спустя 20 лет после признания погашения такого долга, на мой взгляд, не может считаться юридически состоятельным явлением», — подчеркнул Кравченко.
Парламентарий также обратил внимание, что истцом является инвестиционный фонд из Техаса Noble Capital RSD, который был основан только в 2002 году. Он специализируется на локальных операциях с недвижимостью в пределах одного штата США, что вызывает вопросы к его компетенции в вопросах столетних суверенных долгов. Более того, в Российскую империю на момент выпуска царских облигаций входила не только современная Россия, но и Царство Польское, Великое княжество Финляндское и другие территории, ныне являющиеся независимыми государствами. Если уж всерьёз подходить к преемственности, то логично было бы требовать погашения долга от всех наследников империи.
Запад на юридические выдумки хитер
«Шансы России успешно защититься по этому иску можно оценить как высокие, — утверждает директор по стратегии ИК «Финам» Ярослав Кабаков. — Даже гипотетическое признание долга не означает возможности взыскания: суверенный иммунитет существенно ограничивает полномочия национальных судов США в отношении иностранного государства, а суверенные активы, включая резервы и средства ЦБ РФ, традиционно защищены от принудительного обращения взыскания. Кроме того, объём реально замороженных в США российских активов несопоставим с заявленной суммой иска, что делает его во многом декларативным».
Мнение финансистов и депутатов совпадает со взглядами профессиональных юристов. «Шансы России на успешную защиту в этих кейсах значительно выше, чем может показаться на фоне новостного шума, — продолжает разговор адвокат, управляющий партнер AVG Legal Алексей Гавришев. — Наша стратегия — это жесткая процессуальная оборона. Мы можем эффективно использовать ходатайства об отклонении исков, спорить о юрисдикции, сроках давности и самом факте правопреемства, который СССР официально не признавал». Более того, исполнение любого решения требует нахождения конкретного актива с определенным правовым режимом, а замороженные резервы Центробанка — это не просто «банковский счет должника», который можно арестовать по первому требованию, напомнил юрист.
Запад сегодня лихорадочно ищет любые легальные конструкции, чтобы легитимизировать доступ к суверенным активам России под давлением политического запроса. Частные иски просто пытаются встроиться в эту волну. Ответ России на такие вызовы всегда остается рациональным и асимметричным — это и профессиональная юридическая работа в иностранных судах, и параллельные меры по защите интересов внутри страны. В случае реальных попыток изъятия, Россия готова применять зеркальные меры против активов недружественных стран в своей юрисдикции. И речь идет не об эмоциональной реакции. Это холодный казначейский расчет, направленный на защиту финансового суверенитета государства, подчеркнул Гавришев.
По мнению Кабакова, подобные иски для отдельных фондов и юридических команд — способ протестировать границы допустимого и попытаться создать прецедент, который позволил бы обосновать использование этих активов через судебные решения, а не прямую политическую конфискацию. Это скорее элемент давления и правового эксперимента, чем реалистичная попытка получить деньги.
В ответ Россия может и, вероятно, будет опираться на аргументы об отсутствии правопреемства по имперским долгам, ссылаться на суверенный иммунитет и оспаривать юрисдикцию американского суда. Параллельно возможны ответные юридические действия в других юрисдикциях и дипломатические шаги, направленные на то, чтобы не допустить формирования опасного прецедента. В целом этот иск можно воспринимать как политико-юридический сигнал, чем как реальную угрозу финансовым интересам нашей страны, утверждает финансист.
Сложная игра вокруг замороженных активов
О перспективах защиты нашей страны от столь хитрых и опирающихся на историю попыток присвоить заблокированные активы России рассказал экономит Александр Разуваев.
— Насколько реальны претензии западных фондов к нашей стране?
— Эти истории с царскими долгами всплывают регулярно. В 2018 году появились, например, претензии держателей облигаций российских царских железных дорог во Франции. Около 400 тысяч граждан этой страны потребовали вернуть им свыше 50 млрд евро, ссылаясь на ценные бумаги, выпущенные правительством царской России до 1918 года. Но все эти инициативы быстро сошли на нет.
— Да, но произошло это потому, что в 1996 году бывший тогда премьер-министром РФ Виктор Черномырдин подписал меморандум, по которому Россия обязуется погасить долги царского правительства перед обманутыми им французскими частными вкладчиками. На что было потрачено $400 млн. И в тот момент французское правительство официально признало, что с переводом этой суммы весь долг погашен, и тема российских облигаций закрыта навсегда, поэтому взыскать что-то еще и в 2018 году было нереально.
— После распада СССР действительно была символическая выплата по царским долгам — при президенте Борисе Ельцине. Эти $400 млн составляли где-то не более 2% от всего обсуждаемого тогда царского долга Франции. Но это делалось исключительно ради демонстрации лояльности Западу, а не из юридической обязанности.
— Возможно, эта ситуация и дала отчасти надежду американскому фонду. Может такое быть?
— Я предлагаю ориентироваться не на действия отдельных политиков, а на официальные документы Российской Федерации. Современная Россия признала только советские долги. От царских долгов ещё большевики отказались. Иначе наша страна могла бы развернуть и свои иски к западным партнерам. А там были юридические основания для разбирательств. Например, логично было бы требовать от США в ответ Аляску или золото Колчака у Чехии, которая та присвоила, пользуясь трудностями Гражданской войны в послереволюционной России. Так что всерьёз происходящее сейчас воспринимать не стоит.
— Тогда на что надеется в своих действиях американский фонд из Техаса?
— Суды и инвесторы прекрасно понимают: РФ никогда официально не признавала себя правопреемницей Российской империи по долговым обязательствам. Это просто игра вокруг замороженных резервов — попытка выторговать что-то за счёт шума вокруг них не по политическим, а по формально юридическим правилам. Но и в таком хитром варианте она обречена на провал, как раз потому что истцу доказать обязанность России что-то там ему выплачивать не получится.