Там, где живёт душа. В посёлке Томаровка работает этноподворье «Околица»
На него ясным осенним днём заглянула «Белгородская правда»
-
Статья
-
Статья
В тусклые окошки с любопытством заглядывают желтоголовые подсолнухи, где‑то под печкой мурлычет полосатая кошка, и всё здесь: каждая половица, каждая веточка душицы или чабреца, каждый половичок на полу – пронизано невероятным теплом.
Любовь ко всему русскому
Она похожа на гоголевскую Солоху из кинофильма «Вечера на хуторе близ Диканьки». Красивая, пышнотелая и обаятельная Полина Сегодина с лукавым взглядом встречает нас на пороге своей этноизбы.
«Проходите, гости дорогие. У нас всё как в старину. Даже электрики сегодня постарались – оставили без света: на улице идёт ремонт уличного освещения», – улыбается она.
Полина не обманула: впечатление такое, будто проваливаешься в историю и попадаешь в XIX век. Ощущения накрывают, лишь шагнёшь через порог. Замерев от восторга, осматриваемся.
Фото: Алексей Дацковский
Традиционный деревянный дом – сруб, построенный из толстых брёвен. Шершавые стены увешаны чёрно-белыми фотографиями, в центре – русская печь с высокой лежанкой и ситцевыми, в мелкий цветочек, шторками, обеденный стол в окружении деревянных лавок, красный угол со старинными иконами. На полу домотканые коврики, на окнах – занавески: кружевные или вышитые вручную.
Рядом с пышущей жаром печью бабий кут – особое место, где в старину женщины готовили еду и хранили необходимую утварь. И вся комната окутана мелодиями старинных напевов – для большего погружения.
«Душа моя, пора доставать свечи», – говорит Полина своему супругу Александру.
Фото: Алексей Дацковский
Он чиркает спичкой, и комната наполняется теплом живых огоньков. Пузатый самовар уже наготове – под душевный разговор нужен и чай душевный – на травах да кореньях. Самоварные бока зеркалят и отливают медью, в печке потрескивают берёзовые поленья, а ноги приятно греют вязаные шерстяные носки – настоящие, бабушкины. Их Полина выдаёт сразу же при входе в дом.
Усевшись на лавку, прихлёбываешь вкусный чай из глиняной кружки и тянешься за очередным куском домашнего пирога со смородиновым вареньем. И кажется, что стоит лишь прикрыть на миг глаза – и тебе снова 8 лет, ты в деревне у бабушки, которая хлопочет возле печи или замешивает тесто на будущие хлеба.
«Это наши родные, – показывает Полина на фотографии. – По правую руку – моя родня, по левую – родственники мужа. Дедушка Алексей Васильевич и бабушка Клавдия Ивановна Бережные считали, что традиции нужно передавать из поколения в поколение. Поэтому и любовь ко всему русскому, к нашим обычаям, перешла мне по наследству».
Фото: Алексей Дацковский
Рядом лишь косули да зайцы
Сегодины в браке больше 20 лет.
«Душа моя меня во всём поддерживает. Если бы не муж, то этого всего и не было бы. Мы просто не хотели тратить время на разлуку, решили заниматься общим делом, которое будет приносить пользу», – объясняет Полина.
Полина Сегодина / Фото: Алексей Дацковский
По образованию она медик, но по профессии не работала, много лет трудилась в салонах связи, что, по её словам, стало хорошей школой жизни. Но, даже работая, она всё время занималась выпечкой: пекла торты, пряники, принимала активное участие в благотворительных ярмарках. Проводила мастер-классы по росписи имбирных пряников вместе с волонтёрами для маленьких подопечных благотворительного фонда «Святое Белогорье против детского рака».
«Принять участие в проекте губернатора «Новые возможности» мне предложил муж. Первый раз, в 2023 году, подавал заявку он, но не прошёл. Потом решили отправить меня», – рассказывает Полина.
Фото: Алексей Дацковский
Александр добавляет, что жена, изучив презентации победителей предыдущих потоков, использовала этот опыт в создании своего проекта.
«Но самая большая сложность заключалась в том, что я не знала, как выбрать, чем мне заниматься. Я, как настоящая женщина, хотела всё и сразу: и пироги печь, и про традиции рассказывать, и проводить мастер-классы по приготовлению выпечки по старинным рецептам и обряды для взрослых и для детей. Но как и где всё это организовать, не знала», – вспоминает хозяйка подворья.
И Александр решил её маленькие идеи объединить в одну большую. Но для этого нужно было место, где всё это могло бы соединиться воедино.
Александр Сегодин / Фото: Алексей Дацковский
— Это называется сельским внутренним туризмом, или агротуризмом. Мы подумали, что всё это можно создать прямо рядом с нашим домом, и пожертвовали для этого даже собственным огородом. Вместо картошки теперь там стоит избушка, – улыбается Александр.
— И чтобы не я ездила куда‑то, а ко мне все в гости приезжали, – добавляет Полина.
Проект «Околица» выстрелил, и Сегодины получили грант 1 млн рублей.
«Мы здесь никому не мешаем. Рядом лишь косули ходят да зайцы бегают. А название «Околица» Александру пришло само: мы же живём, считай, на самом краю», – объясняет Полина.
Фото: Алексей Дацковский
Хранительница очага
Официально этноподворье открылось на древнеславянский летний праздник Ивана Купалу, 7 июля 2025 года. И всё в избе собрано руками четы Сегодиных и их соседей.
«Здесь очень много вещей, которые достались нам от наших предков: самовар, книги… Вот, например, вышивка на шторах – это дело рук моей бабушки, и люди нам тоже рушники приносили», – делится она.
Фото: Алексей Дацковский
И показывает старинные книги, одна из которых датирована 1913 годом, икону из учебной иконописной борисовской мастерской, которой дедушку Полины благословляла на свадьбе его тётка, настоятельница Борисовского Богородице-Тихвинского женского монастыря. А в поваренной книге можно узнать, как раньше на рынке выбирали зайца-русака или сколько фунтов говядины требуется для приготовления блюда.
«Для меня все эти вещи очень важны и дороги. Как‑то у нас спросили, почему мы решили построить настоящий сруб. Можно же было, к примеру, обойтись каркасным домом и отделать его снаружи под старину. Но мы хотели, чтобы было правильно, по‑настоящему», – делится Полина.
Фото: Алексей Дацковский
Поверх белой вышитой рубахи надеваю русский сарафан красного цвета. На Руси слово «красный» означало «красивый», «прекрасный». Полина к наряду предлагает ещё платок и фартук.
«Помогать сейчас мне будешь, – говорит она и выкладывает на стол яйца, муку, соль, сахар, растительное и сливочное масло. – Душа моя, принеси нам молоко и ваниль».
С бубенцами и караваем. Как женились белгородцы в XIX и начале XX века
И поясняет, что не может называть мужа по‑другому:
«На Руси всегда было принято обращаться друг к другу «душа моя», «любовь моя», «лада», «ладушка». Моя вторая бабушка, Пелагея Максимовна Сопина, всегда говорила: «Что по жизни мотаться? Вот нашёл человека – и живи с ним, если он тебе по душе». Брак – это ведь работа двоих людей. Разойтись легко, а вот если все трудности переживаете вместе, то, наоборот, ваш брак от этого только сильнее станет».
Фото: Алексей Дацковский
Муку Полина сеет через сито, ещё бабушкино.
«К пирогам меня с детства приучила бабушка Клава. Вот она была настоящей хранительницей очага. На праздники всегда пекла огромное количество домашних пирогов по рецепту своей мамы, моей прабабушки. Пироги разные: с ягодами, картошкой, с печёнкой и гречкой, с капустой и творогом. А потом я со своим дядей разносила эти пирожки по гостям, – вспоминает Сегодина. – Кстати, этот рецепт подходит как для сладкой выпечки, так и для выпечки с мясной начинкой».
Фото: Алексей Дацковский
По бабушкиному рецепту
Раньше Клавдия Ивановна готовила на специальной закваске – пшеничной или ржаной. На ней обычно она пекла пасхальные куличи. Процесс небыстрый, зато вкус у выпечки был невероятный и хранились такие пироги подолгу. Сейчас с помощью обычных дрожжей всё готовится гораздо быстрее, но на закваске куличи получались особенными.
«Для моего дедушки всегда было очень важно, чтобы вся выпечка была из русской печи, – отмечает Полина. – Я решила возродить этот рецепт, лишь немного доработала».
Фото: Алексей Дацковский
Для закваски она смешивает воду и муку в одинаковых пропорциях и ставит в тёплое место. Масса начинает бродить, и каждый день часть этой закваски нужно убрать и добавить свежую муку. Так состав выстаивается около недели.
«Хочешь, чтобы тесто для куличей было с большей кислинкой, дай закваске подольше побродить», – отмечает Полина.
Фото: Алексей Дацковский
Для теста в миске смешиваем дрожжи, сахар, соль, яйца, ваниль, сливочное масло.
«Тесто всегда замешивается по часовой стрелке. Бабушка ещё добавляла святую воду и читала молитву – благословляла его, чтобы хлеб был во благо. Ещё очень важно поговорить с хлебом. Если пели песни, то только душевные, спокойные, – делится Полина. – Почему гостей всегда встречали хлебом-солью? Потому что ты готов был отдать самое важное, ценное и дорогое. Раньше именно мужчина встречал гостей с караваем, потому что он глава семьи и только он мог распоряжаться таким важным ресурсом, как хлеб. И когда все за стол садились, глава семьи разламывал каравай и раздавал по куску своим домочадцам. Когда началась война, мужское население очень сильно сократилось, пришлось женщине взять на себя эту ответственность. Поэтому мы уже привыкли, что теперь женщины встречают гостей с караваем».
Фото: Алексей Дацковский
Замешивая тесто, она рассказывает, что, когда ей исполнилось 15 лет, мамы не стало, и дедушка забрал её к себе:
«Привёл меня и говорит: «Вот твоя печь, принимай её». Я как приняла её – так и пеку вот уже сколько лет, как пекли моя мама и бабушки. Мы очень часто здесь проводим мастер-классы с выпечкой. Недавно по рецепту бабушки приготовили с детьми вареники на грушевой муке».
Полина объясняет, что существует несколько видов замешивания:
«Вот сейчас мы делаем складывание – растягиваем и складываем тесто, чтобы оно было воздушным, рыхлым. Вымешивание – это очень тяжёлый труд: чтобы хорошо вымесить тесто для хлеба, нужно минимум минут 40».
Фото: Алексей Дацковский
Замесив некрутое тесто, она вдруг резко шлёпает его о стол:
«Не удивляйся: тесто нужно немного отбить, это для него будет полезно – так мы обогащаем его кислородом. Кроме того, оно становится мягким, эластичным. Потом мы его поставим поближе к печи подышать минут на 40».
Из такого теста можно готовить как открытые пироги, так и пирожки с начинкой.
Фото: Алексей Дацковский
Принадлежность к нации
Как‑то у неё спросили, чем она в своей «Околице» будет удивлять людей. На что Полина ответила, что никого и не собирается удивлять:
«Мне хотелось, чтобы, приезжая сюда, каждый вспомнил себя босоногим мальчиком или девочкой, когда бабушка растапливала печь и готовила в ней еду, надевала на маленькие пяточки тёплые вязаные носочки и заваривала чай на травах да с домашним пирогом. Чтобы в сердце откликнулась детская память и вернулись все самые добрые и тёплые воспоминания».
В избе Полины можно делать всё: возиться с тестом, печь, вязать, мерить старинную одежду и даже залезть на лежанку.
Раритет на заброшенном огороде. Как экспонаты попадают в музей Нижней Покровки
«В музее нельзя ничего трогать, а у нас не только можно, но и нужно, чтобы снова прожить это состояние, прочувствовать, по‑настоящему открыть себя, свой культурный код. Ведь все эти обычаи и традиции заложены внутри нас, это зов крови наших предков, принадлежность к нации. У меня просто была потребность создать такое место, где живёт душа. Ведь не зря муж как‑то сказал мне, что всё здесь построено благодаря нашей любви, которой мы хотим поделиться», – объясняет она.
Предки Сегодиной были казаками. И сегодня сын её Дмитрий, отучившись в кадетском казачьем классе, профессионально занимается фланкированием и верховой ездой.
«Это его личный выбор, он сам решил, что ему это интересно. Он знает, что его предки были казаками, и поэтому хочет сохранить связь с ними, приобщиться к истории и традициям», – делится мыслями Полина.
Фото: Алексей Дацковский
В будущем супруги планируют построить баню и открыть контактный зоопарк с козами, птицами и кроликами. Ведь всё, что можно увидеть в «Околице», создано не просто так.
«Нам всем нужно понять, как важно чтить своих предков и передавать их знания, культуру, обычаи и традиции по наследству нашим детям. Без прошлого нет будущего», – считает Полина.
Елена Ржевская