Соболенко не скрывает, что приехала в Саудовскую Аравию только за титулом и любой другой результат станет для нее болезненной неудачей. Арина ранее никогда не выигрывала финал тура, хотя участвует в нем уже пятый раз подряд. Пока на повестке дня выход в плей-офф, для чего белорусской теннисистке нужно не проиграть Гауфф в двух сетах, а лучше, конечно, победить — тогда Соболенко, как и положено фаворитке, шагнет в полуфинал с первого места в группе.
Нервы натянуты, как струны на ракетке, и от любого удара норовят со звоном лопнуть. В поединке против Джессики Пегулы именно так и произошло. Во втором сете игра у нашей примы вдруг рассыпалась на мелкие осколки и собрать их вместе у Арины никак не получалось. Думается, в этот момент в голову самой Соболенко и всем остальным пришла одинаковая мысль: будет, как месяц назад в Ухане. Там девушки, напомним, встретились на стадии полуфинала и все было почти в точности так же: уверенно выигранный Соболенко первый сет, развал во втором и итоговое поражение в третьем. В Эр-Рияде события развивались будто под копирку, как дежавю. Арина ошибалась на ровном месте, разладилась подача, убежало везение, а его место заняли паника, раздражение и ярость. Тигрица громко по-русски ругалась, обращалась к небу и беседовала сама с собой, но в конце концов закипела, все свое бурное раздражение привычно и громогласно вылив на сидевшего на трибуне тренера Антона Дуброва. Тот долго не думал: молча встал и вышел — ему не привыкать. А Соболенко, словно выпустив из себя всех демонов разом, вдруг стала прежней: собранной, точной и дерзкой. В третьем сете шансов у Пегулы не было никаких. После матча Арина мило улыбалась и публично извинилась: «Возможно, я была слишком жесткой по отношению к нему в тот момент. Надеюсь, он все еще здесь, на стадионе; правда в том, что я не знаю, где он... Действительно, я переживала тяжелый период, моменты сильного разочарования, которые мне нужно было как-то выплеснуть, и, скажем так, я зашла слишком далеко. Он поступил правильно, уйдя со стадиона. В тот момент лучше оставить меня наедине с моими проблемами. Я просто надеюсь, что он не слишком во мне разочаровался. Извините, я была очень напряжена и выплеснула на него всю свою злость, но в то же время это помогло мне раскрыть свой лучший теннис. Я подхожу к этому турниру с очень четким настроем: мне нужно выиграть пять матчей, если я хочу стать чемпионкой, если я хочу наконец поднять этот трофей. В следующем матче необходимо выйти на корт с гораздо более ясным планом на игру, возможно, скорректировав пару деталей подачи, чтобы сделать ее опаснее».
На тренировке. Арина Соболенко давно имеет репутацию взрывной, но очень искренней девушки. А проблема контроля над эмоциями тянется за ней еще с детских лет. Первый тренер теннисистки Елена Вергеенко вспоминала: «Я ее никогда не забуду. Работать с ней было просто невозможно, хотя мы и сотрудничали на протяжении шести лет. Я несколько раз выгоняла Арину с тренировки. Она остро реагировала на мои замечания, и это слышал весь коллектив. Мне было это неприятно. Весь зал был просто переполнен энергетикой и эмоциями. В то время я воспринимала работу с ней как некую психологическую каторгу. Если Арине что-то не давалось, ракетки со свистом разлетались по сторонам. При этом она и мне могла сказать несколько слов, что называется, не для печати».
Она не меняется. Соболенко делает теннис популярнее, и она сегодня главная фигура на мировом корте. Команде тренеров с ней работать нелегко, а Антону Дуброву всегда достается больше всех: «Мы хорошо с ним сошлись, — хохочет Соболенко. — Подходим друг другу. Я истеричка, он молчит, терпит. Это прекрасно. То, что нужно каждой девушке-теннисистке». Арина продолжает все делать от души: ругается на судей, ломает ракетки, плачет навзрыд после поражений и смеется так, что слышит весь мир, когда побеждает. Миллионы поклонников тенниса ее обожают, и столько же не могут терпеть. Но ей это не особо интересно: у Соболенко есть цель, и она к ней движется.
С трофеем за окончание сезона - 2025 в статусе первой ракетки мира. s_kanashyts@sb.by