Россия и Индия активизируют свое сотрудничество сразу по нескольким направлениям накануне визита президента Владимира Путина в эту страну, который, по данным индийских СМИ, состоится 5–6 декабря 2025 г. Среди официально подтвержденных тем в повестке – сотрудничество в атомной энергетике (глава «Росатома» Алексей Лихачев обсудил с визави в Мумбаи проекты АЭС большой и малой мощности, а также ход строительства станции «Куданкулам») и военной сфере.
Помимо этого индийское деловое издание The Economic Times сообщило 10 ноября, что во время визита Путина может быть заключено новое соглашение по защите прав индийских рабочих, которое «поможет увеличить число индийцев в России в ближайшие годы». Утверждается, что эту тему могли обсуждать министры труда Индии Мансух Мандавия и России Антон Котяков в Дохе, где с 4 по 6 ноября проходил саммит ООН по всемирному развитию (их двустороннюю встречу на полях мероприятия подтверждал Минтруд России).
«Ведомости» направили запросы в Минтруд и МВД России.
Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков, отвечая на вопрос «Ведомостей», подтвердил, что сейчас идет активная подготовка визита Путина в Индию, который состоится в 2025 г. (последний раз на сегодня президент ездил туда в декабре 2021 г.). «Надеемся, что это будет содержательный визит. Что касается его смыслового и документального наполнения, то не будем забегать вперед» – так Песков ответил на вопрос о наличии договоренностей по мигрантам.
Работники из визовых стран, к которым относится и Индия, привлекаются через механизм квотирования – на один год с возможностью продления два раза (т. е. безвыездно могут находиться в России три года). В июле в Минтруде говорили, что общая квота на привлечение иностранных работников в России в 2025 г. составляет 234 900 человек, а конкретно для граждан Индии – 71 817 человек. В The Economic Times указали, что сейчас индийские рабочие находят работу в России в таких сферах, как строительство и текстильная промышленность, но, по словам людей, знакомых с ситуацией, растет спрос и на квалифицированных работников в сфере машиностроения и электроники.
Индия не только самая населенная страна в мире, но еще и топ-1 страна по экспорту труда в мире, которая уже долгое время поставляет рабочие кадры в страны Персидского залива, Малайзию, США, Европу, а до России эта тенденция только дошла, говорит генеральный директор компании по привлечению персонала из-за рубежа «Трудоргнабор» Максим Емельянов. Кроме того, это дешевая по заработной плате страна и рабочие из Индии получают в среднем на 25–30% меньше, чем российские специалисты. Например, если сварщик из России получает 250 000 руб., то сварщик из Индии будет зарабатывать около 200 000 руб. А низкоквалифицированный персонал едет на работу за зарплату 55 000–60 000 руб., говорит Емельянов.
Граждане Индии работают на швейных фабриках, которые выполняют оборонный заказ, отмечает эксперт, их также привлекают в такие сферы, как сельское хозяйство и строительство. В России за них несет ответственность работодатель, который обеспечивает рабочих жильем и питанием. Почти все свободное время специалисты из Индии проводят в общежитиях, и большинство из них – неконфликтные люди.
Если говорить о синих воротничках из Индии, то, как правило, они приезжают группами и в российское общество интегрироваться не стремятся – для них важно заработать денег и затем вернуться к своей семье, отмечает первый заместитель генерального директора по миграции рекрутинговой компании «Интруд» София Батура. Такие индийцы редко предоставлены сами себе и почти не перемещаются по городу самостоятельно, а поддержку им оказывают кураторы-переводчики. Среди проблем в адаптации – кухня и другие культурные различия, например, многие работодатели отмечают своеобразную «капризность» индийцев. Но подобные нюансы, по нашей практике, нивелируются при правильном подходе, уверена Батура. Если же говорить о высококвалифицированных индийских сотрудниках, то они, как правило, без проблем интегрируются в российские команды.
Видимо, взаимодействие по треку трудовой миграции между двумя странами будет действительно в ближайшее время усиливаться, но проблем здесь много, считает научный сотрудник Центра Индоокеанского региона ИМЭМО РАН Глеб Макаревич. С индийской стороны первое опасение заключается, в частности, в том, что их могут забрать на спецоперацию, обманом заставив подписать контракт (в 2024 г. в МИД Индии сообщали об увольнении из Российской армии 45 контрактников из этой страны, которых, как говорил премьер Нарендра Моди, ввели в заблуждение и завербовали).
С российской же стороны основная проблема при найме приехавших из Индии – очень частое отсутствие на практике требуемых навыков, например для работы на стройке, несмотря на наличие у них на руках сертификатов. Такие мигранты остаются без работы и, соответственно, без оплаты. Видимым выходом в такой ситуации – и этим путем уже идут некоторые российские компании – может стать строительство учебных центров по требуемым квалификациям еще в самой Индии, заключает Макаревич.
Кроме того, правительственная комиссия по законопроектной деятельности одобрила поправки в межправсоглашение о расширении военного сотрудничества с Индией, рассказали «Ведомостям» два источника: один – в Белом доме, второй – близкий к комиссии. Законопроектом предлагается ратифицировать соглашение между двумя правительствами, подписанное еще 18 февраля 2025 г., рассказал председатель правления Ассоциации юристов России Владимир Груздев. Оно заключено в развитие соглашения о военном сотрудничестве 1993 г.
«Соглашение закрепляет условия направления воинских формирований, военных кораблей и военных воздушных судов (для проведения совместных учений и тренировок, для оказания гуманитарной помощи, для ликвидации последствий стихийных бедствий и техногенных катастроф); порядок пересечения государственной границы и передвижение по территории; ограничение численности – на территории принимающей стороны может одновременно находиться не более пяти военных кораблей, 10 военных воздушных судов, 3000 человек личного состава воинских формирований государства направляющей стороны», – пояснил Груздев.
Документ увеличивает количество сил и средств, которые участвуют в совместных учениях и мероприятиях, уточняет источник, близкий к Минобороны.
В подготовке материала участвовал Алексей Никольский